четверг, 23 сентября 2021 г.

Трудно быть не богом! Часть2

Уже более ста дней Израиль живет при правительстве, которое не возглавляет Биньямин Нетаниягу. Несмотря на истошные крики оппозиции о нелигитимности и обреченности коалиции из восьми партий, премьер-министр Беннет сумел провести в кнессете в первом чтении госбюджет, что сулит нынешней власти более долгую жизнь, чем пророчат политические противники.



После эпохи гениев: не бог, не царь и не герой...

Спору нет, любому израильскому политику трудно стать премьер-министром после Нетаниягу. Конечно, его будут сравнивать с предшественником - импозантным, артистичным, одинаково красноречивым перед израильской и англоязычной аудиторией.

 Естественно, ни один соперник Нетаниягу не мог приобрести такого опыта, как он, поскольку с 1996 года по 2021-й именно Биби занимал кресло главы правительства и другие важнейшие посты! На этом основании не смирившиеся с потерей власти приверженцы экс-премьера пренебрежительно отзываются о Беннете и его союзниках по коалиции.

Я уже признавал, что если Нетаниягу в чем-то гениален, то прежде всего в области пиара. Он внушил многим израильтянам - не только обладателям правых взглядов, что идеальный лидер должен быть его клоном: привлекательным, спортивным, эрудированным и к тому же блестящим оратором.

Магия обаяния Нетаниягу еще оказывает остаточное воздействие на многих его соотечественников, которые забыли, что ни Бен-Гурион, ни Бегин, ни Шамир не отличались ни статью, ни красотой, ни артистизмом, ни изысканным английским. Они обладали глубиной политического мышления, но не начитанностью победителей конкурсов эрудитов. При этом в судьбоносные для страны моменты проявляли мужество, волю, последовательность, которых никогда не было у Нетаниягу!

Самую великую войну Израиль выиграл при премьер-министре Леви Эшколе, которого считали блеклой, случайной фигурой, оказавшейся на вершине власти благодаря отсутствию на политической арене более ярких личностей.

Премьер-министр Леви Эшколь родился в украинском местечке, в Гарварде не учился. При нем Израиль победил в Шестидневной войне. Накануне войны Эшколь создал первое израильское правительство национального единства.
                          

Многие историки, политологи говорят о законе снижения среднего уровня политических лидеров в современном мире. Я только упоминаю это обобщение ученых, не излагая за недостатком места их аргументацию. Но нетрудно самим прикинуть, что в наши времена даже крупные политики не сравнимы с Бенджамином Дизраэли, Отто фон Бисмарком, Франклином Делано Рузвельтом, Уинстоном Черчиллем.

После многих лет обожествления Нетаниягу израильтянам непросто привыкнуть к заурядной внешности и свойским манерам Беннета. Конечно, он не бог. А также не царь и не герой. Но объективность требует признания того, что он до появления в политике проявил себя в армии и в бизнесе никак не хуже, чем Биби, да и английский у него отличный, поскольку родители репатриировались из США.

Оппозиция попрекает Беннета тем, что нельзя становиться премьер-министром, руководя партией с семью мандатами (практически превратившимися в шесть). А кто и когда устанавливал «норму» - количество мандатов, позволяющих претендовать на пост премьер-министра? Из опыта многопартийных стран мы знаем, что после парламентских выборов там начинаются политические перетасовки, по итогам которых главой правительства иногда становится представитель не самой крупной партии.

Будем откровенны: получение Беннетом должности премьер-министра - проявление порядочности в отношениях между инициаторами создания «альтернативной» коалиции! Беннет и Лапид еще в 2013 году создали политический блок, без которого Нетаниягу не мог сформировать правительство и который во многом диктовал ему свои условия (в том числе недопущение в коалицию ультраортодоксов). Без сомнения, если вопрос о создании правительства без Нетаниягу обсуждался до выборов 2020 года, то лидер Еш атид полагался только на главу Ямины. Можно предположить, что после неудачной попытки Биби создать правительство Ликуда лидер Еш атид считал своим долгом выполнить обязательства именно перед Беннетом. Лапид с его 17 мандатами знал, что ротация с Беннетом подвергнется яростной критике, и потому предоставил партнеру право первому занять кабинет премьер-министра. Эти мотивы наверняка понимали и Ганц (он получил 8 мандатов, но, поскольку раньше предал Лапида, польстившись на лукавые посулы Нетаниягу, не мог заикаться о своем участии в ротации), и все создатели «альтернативной» власти. 

Доверие и взаимопонимание - отличительные черты находящейся у власти коалиции. Это не может не импонировать после укоренившейся с легкой руки Нетаниягу традиции обманов и нарушений обязательств. Достаточно вспомнить, как непринужденно Биби распускал одно правительство за другим и заставлял израильтян каждые полгода идти на выборы!

Демократия – не догма!

Агитаторы Ликуда могут бубнить, что нынешнюю коалицию объединяет ненависть к Нетаниягу, и усматривать главный «грех» Беннета и Саара в объединении с левыми. Но, возможно, это новая для Израиля политическая конструкция, которая в перспективе могла бы способствовать объединению общества, о котором разглагольствуют даже те, кто сеет раздор и вражду в народе!

В Израиле приодически слышатся призывы к обновлению политической системы, но любые конкретные предложения удручающе шаблонны: они повторяют давно существующие в мире модели власти, не соответствующие израильским условиям (учреждение президентского правления, введение двухпартийной системы, прямые выборы премьер-министра, ограничение срока правления главы правительства). Как пишет выдающийся современный мыслитель, лауреат Нобелевской премии по экономике Фридрих Хайек: «Мы настолько привыкли считать демократической господствующую теперь на Западе систему институтов, при которой парламент большинством голосов устанавливает законы и направляет деятельность правительства, что склонны видеть в ней единственно возможную форму демократии. Именно поэтому мы не придаем значения тому, что эта система часто дает результаты, нежелательные для всех».

Хайек считал главным изъяном парламентской системы то, что избранный большинством парламент формирует правительство, которое принимает решения, исходя из узких партийных и групповых интересов. Он предлагал полностью  отделить законодательную власть от исполнительной, для чего выдвигал идею о создании наряду с периодически сменяемым правительством «палаты» из 500 материально независимых профессионалов, которые в течение 20 (!) лет занимались бы исключительно законотворчеством. Что ж, можно считать, что нынешняя «лоскутная» коалиция - шаг к уменьшению зависимости законодательной власти от влиятельных политических сил. Предоставление же поста премьер-министра лидеру небольшой партии - это не просто «уравнивание шансов» политических тяжеловесов и легковесов, а приближение к идеалу гражданского общества. «Борцы за демократию» любят посуесловить о гражданском обществе, которое должно обеспечивать равновесие интересов всех социальных групп, но в действительности современная парламентская система - это «диктатура большинства», позволющая более крупным политическим образованиям подавлять потребности более мелких страт.   

100 дней правительства - не состоявшийся апокалипсис


Вопреки утверждениям оппозиции, восемь объединившихся партий заняты не кознями против экс-премьера, а поисками взаимопонимания. Ведь у них очень разное отношение и к социально-экономическим проблемам, и к вопросам безопасности. Но членам правительства удается достигать компромиссов, и правительство не распадается!

Еще не преодолев первичного озлобления после утраты премьерских полномочий, Нетаниягу запальчиво сказал: «Если бы проводились Олимпийские игры по международным провалам, то нынешнее правительство получило бы три золотые медали: Беннет - за провал в борьбе с коронавирусом, Лапид - за глобальный провал в борьбе потив Ирана, Либерман - за полный провал в экономике». Дело не в том, что экс-премьер с репутацией интеллектуала оценивал новое правительство через несколько недель после его появления, и не в том, что тщась уязвить более удачливых соперников, он переиначил старую «остроту» Либермана о Нобелевской премии за шарлатанство для Нетаниягу. Биби сам наметил критерии для сравнения своей деятельности с результатами работы нового правительства. Беннет, Лапид и их партнеры за сто дней не продемонстрировали ничего гениального, но сравнение вполне выдерживают! 

Даже в условиях пандемии Нетаниягу оставался собой: он без конца расписывал свою заслугу в обеспечении израильтян вакциной, но ни разу не поблагодарил израильских медиков, которые почти два года работают на износ и, спасая людей, сами несут потери от коронавируса. Одна из причин этого перенапряжения - то, что при Нетаниягу десять лет системой здравоохранения руководил Яаков Лицман из Яадут ха-Тора. Он не задумывался о тенденциях разития медицины, о строительстве новых больниц, об увеличении персонала, подготовке новых кадров - гораздо больше занимался проблемами своего электората.  

 

 

Решение о сотрудничестве с концерном Пфайзер Нетаниягу принял не сам, а по рекомендации экспертов. Теперь же выясняется, что благодаря Модерне иммунитет вырабатывается на более длительный срок, чем при использовании Пфайзера. Это только показывает, что хвастовство в период пандемии неуместно, поскольку даже выдающиеся эпидемиологи не владеют истиной в последней инстанции. Израиль опередил другие страны по темпам вакцинации, но он и первым выяснил, как много коварных неожиданностей способен преподнести коронавирус! Поэтому двух премьер-министров надо сравнивать не по компетентности в эпидемиологии, а по их организационной роли в борьбе с ковидом.


Нетаниягу действовал правильно, но проявил два своих существенных недостатка. Не зная, что пандемия накатывается волнами, он после очередного улучшения статистики начинал расхваливать «свои достижения» и терял время, необходимое для продолжения борьбы с коронавирусом. Биби политизировал борьбу с ковидом! Опасная ситуация сложилась в районах массового проживания харедим, но Нетаниягу не хотел заставлять партнеров по коалиции выполнять утвержденные правительством требования. Количество зараженных возросло, когда в прошлом году перед Рош ха-Шана в Израиль пустили тысячи американских ультраортодоксов, а наши хасиды устремились в Умань.     

Правительство Беннета действует, как руководители ведущих стран: не объявляет тотальный карантин при каждой вспышке заболеваемости, поскольку исчерпаны экономические возможности для этого, а польза изоляции уже не очевидна. Беннет проявляет больше принципиальности в отношении харедим. Воспрепятствовать очередному паломничеству хасидов в Умань он не мог, но вслед за ними был отправлен проектор Салман Зарка! Полиция прямо заявила, что заразившиеся ковидом хасиды покупают в Украине фальшивые справки об успешно пройденных тестах, с которыми возвращаются в Израиль. На днях в Иерусалиме полиция демонтировала установленную на лесах (!) огромную сукку. Это помешало нежелательному скоплению верующих и предотвратило несчастье, подобное трагедии на горе Мером и обвалу трибуны в иерусалимской синагоге. 


 

Предыдущие вспышки заболеваемости отчасти объясняли недостаточным медицинским контролем в школах. Сегодня мишенью оппозиции стала министр образования Ифат Шаша-Битон. Раньше она возглавляла парламентскую комиссию по борьбе с коронавирусом и раздражала премьер-министра. Наверняка Шаша-Битон не всегда была права, но она последовательно отстаивала принцип: запреты и разрешения, связанные с ковидом, должны основываться не на голословных утверждениях, а на точной статистике. Недавнее решение правительства о дифференцированном отношении к заболевшим школьникам соответствует подходу Шаши-Битон.  

Появлению у части населения страхов и предубеждений против прививок способствовало отсутствие разъяснительной работы при правительстве Ликуда. Люди не получали информации о специфике коронавируса, о механизме вакцинации. Беннет распорядился о создании штаба, ответственного за разъяснительную работу. 

В целом об эффективности мер, принятых нынешним правительством против ковида, можно будет судить после завершения праздников, в течение которых происходило более тесное общение израильтян и проводилось меньше проверок.

Если обсуждать деятельность министра иностранных дел Лапида, то надо говорить не только об иранской угрозе, но об общей ситуации в сфере безопасности и о дипломатии Израиля.

В трактовке иранской проблемы ликудовская пропаганда пытается дискредитировать Байдена и расхваливать Трампа, так как Биби беспрекословно шел в фарватере его политики. Но именно Трамп отказался «защищать чужие интересы» и устранился от военных действий в Ираке и Сирии. Он же подписал соглашение с Талибаном о выводе американских войск из Афганистана, хотя в захвате страны талибами сторонники экс-президента обвиняют Байдена. Пропаганда Ликуда набросилась на Лапида за данное Байдену «предательское» обещание информировать Вашингтон о любых мерах против Ирана.Удивительное лицемерие! Разве Израиль когда-либо скрывал свои военные планы от главного стратегического союзника?


Иранская угроза весьма серьезна, но ее будет решать не только Израиль - о чем  говорил Байден на Генеральной Ассамблее ООН. Пока нас больше донимают ХАМАС и «Джихад». В конце своего правления Нетаниягу провел военную операцию в Газе, но, как обычно, скомкал ее. Правительство Беннета отнюдь не менее решительно противостоит террористам. Например, Нетаниягу не пытался решить проблему воздушных шаров, поджигавших израильские поля. Беннет приравнивает каждый поджог к запуску ракеты и в ответ наносит авиаудары по Газе.
     

Противники правительства Беннета-Лапида пытались представить как его упущение побег шестерых террористов из тюрьмы «Гильбоа». Но именно при власти Ликуда не была уничтожена «автономия» палестинских заключенных. Именно Нетаниягу утвердил руководство ШАБАСа, которое проспало готовившийся несколько месяцев побег. Два года назад ликудовский министр юстиции Охана подготовил решение об ужесточении содержания осужденных боевиков, но его принятию воспротивился Нетаниягу! В период дружбы с Трампом Биби чересчур не обижал террористов. Возможно, об этом просил Трамп, боявшийся срыва разрекламированной «сделки века»...

Армия и полицейский спецназ быстро задержали беглецов, что  показало правоту противников Нетаниягу, критиковавших его за нежелание назначить нового генерального инспектора полиции. Стоит добавить, что еще недавно акции террористов заставали израильских военнослужащих врасплох. В последнее время каждый теракт завершался быстрой «нейтрализацией» боевиков.

Лапид на нынешнем посту чувствует себя уверенно. Нетаниягу практически подменял руководителей МИДа, лишая их самостоятельности. Лапид не перекладывает своих обязанностей на Беннета, хотя премьер много занимается внешней политикой.

Беннет и Лапид придают значение диалогу с Москвой и Вашингтоном, поскольку российский режим радикализуется, а в Демократической партии активизируется антиизраильское крыло. МИД восстанавливает то, что было разрушено при Нетаниягу: руководители Израиля посещают Египет и Иорданию, после семилетнего перерыва они нормализовали отношения со Швецией.

Беннет и Лапид отнюдь не сворачивают инициатив Нетаниягу. Нормализация отношений с Эмиратами, Бахрейном, Суданом и Марокко во многом была популизмом: Биби старался сохранить лицо перед своими избирателями, которых он обманул, пообещав аннексию Иорданской долины. Новые «партнеры» поддерживают требование о создании палестинского государства, непонятно для чего требуют от США поставок новейших вооружений, а Судан остается бандитской страной, что подтвердила недавняя попытка государственного переворота. Тем не менее правительство Беннета стремится превратить в реальность «авраамические соглашения» Нетаниягу. 

В экономике невозможно добиться ощутимых достижений за сто дней. Но с первых дней работы Либермана в министерстве финансов он находится под придирчивыми взглядами оппозиции.
 


Можно себе представить, как издевался бы Ликуд над политическими противниками, если бы они три года не могли утвердить госбюджет. Но именно при Нетаниягу страна более трех лет жила без бюджета! Из-за этого нельзя было планировать финансирование важнейших проектов, а «экономический курс» Израиля превратился в личный произвол Нетаниягу и Каца. Не случайно началось бегство из минфина руководителей высшего звена.   

То, чего правительство Нетаниягу не добилось за три года, новая власть сделала за три месяца! Госбюджет одобрен правительством, а затем - в первом чтении - и кнессетом. Нет препятствий для его окончательного утверждения в начале ноября. Поскольку госбюджет принимается на два года, коалиция не распадется и Лапид сменит Беннета на посту премьер-министра.

Но интерес общества вызывает не само принятие госбюджета, а направленность этого финансового плана. После долгого периода пренебрежительного отношения власти к нуждам рядовых граждан руководитель минфина заговорил о социальном бюджете! Либерман сразу представил проект радикальных реформ. Он предлагает открыть израильский рынок для зарубежных поставщиков овощей и фруктов, поскольку перекосы в сельскохозяйственной политике привели к фантастическому взлету цен. Либерман намерен увеличить социальные пособия для пожилых израильтян, от чего должны выиграть многие репатрианты. Он поддерживает программу министра строительства Элькина, которая направлена на торможение роста стоимости жилья.

В Берлине на каждом шагу слышна ивритская речь. Тысячи образованных, энергичных молодых израильтян перебираются сюда, потому что в Израиле не надеются приобрести жилье и обеспечить своих детей...

Оппозиция обвиняет Либермана в популизме и нежелании поддержать деловой сектор. Но почему миллиардные ассигнования ультраортодоксам и массированное строительство для них субсидированного жилья - это «здоровая экономика», а забота об алие и молодых израильских семьях - это популизм? Либерман понимает важность государственных гарантий для бизнеса. Именно он не на словах - как Нетаниягу с его министрами финансов Кахлоном и Кацем, а на деле хочет остановить процесс картелизации и реально стимулировать конкуренцию.

 

Меньше ругаться и больше думать!
 

Автор этих строк не является агитатором какой-либо из партий, входящих в коалицию. Эта коалиция пока не совершила ничего экстраординарного. Ее предназначение проще и скромнее: продемонстрировать, что в еврейском государстве достаточно толковых евреев и им может управлять не богоподобная личность, а обыкновенное правительство, составленное из обыкновенных людей.


Нашему обществу надо пережить период психологической перестройки, отдохнуть от пропагандистской трескотни, забыть о «врагах народа», «предателях» и вспомнить о развитии образования, науки, здравоохранения, системы социальной поддержки. После нормализации наших политических представлений необходимо решить, остаемся ли мы сионистским государством, являются ли для нас приоритетами прием алии, использование ее потенциала для расцвета страны.

Нам пора вместо пустопорожней болтовни реалистически осмыслить базовые ценности еврейского государства. Какая территория нужна нам для нормального существования? Можем ли мы избавиться от опасных соседей, от не устраивающих нас заморских президентов или следует искать взаимопонимания с ними?

Ответы на эти вопросы требуют осмысления не только древней, но и нашей новейшей истории. Пора понять, что «роковые уступки» начались не с Осло и не с «размежевания», а с Кемп-Дэвида, где впервые израильский лидер реализовал принцип «территории в обмен на мир» и обязался предоставить самоуправление палестинским арабам. Пора осознать, кто обнимался с убийцей Арафатом, а кто запер его в Мукате, продержав там до тех пор, пока тот не отправился умирать во французский госпиталь.

Не надо устраивать драмы из-за смены одного еврейского правительства другим. Должны исчезнуть ненависть евреев к евреям, наклеивание друг другу политических ярлыков, желание некоторых евреев строить свой образ жизни за счет соплеменников. Не обязательно было ехать так далеко из стран рассеяния, чтобы возрождать на библейской земле нравы, усвоенные в этих странах...                        

 

среда, 22 сентября 2021 г.

Трудно быть не богом! Часть 1

Уже более ста дней Израиль живет при правительстве, которое не возглавляет Биньямин Нетаниягу. Несмотря на истошные крики оппозиции о нелигитимности и обреченности коалиции из восьми партий, премьер-министр Беннет сумел провести в кнессете в первом чтении госбюджет, что сулит нынешней власти более долгую жизнь, чем пророчат политические противники.


 

 

Я умышленно не комментировал появление в июне ротационного правительства Беннета-Лапида. Во-первых, неинтересно встревать в полемику, когда аргументы оппозиции удручающе однообразны: 1) «альтернативное» правительство возникло при поддержке антиизраильской партии в результате сговора, путча, а премьер-министр с 7 мандатами нелигитимен - в отличие от главы Ликуда, которому народ дал 30 мандатов; 2) ни один из лидеров партий, вошедших в коалицию, не может сравниться с Нетаниягу по талантам и достижениям; 3) левое правительство дилетантов подорвет безопасность страны и развалит экономику; 4) новая власть не сможет защитить Израиль от очередного нашествия коронавируса; 5) правительство Беннета-Лапида быстро распадется, потому что восемь разношерстных партий объединяет исключительно ненависть к Нетаниягу.

Во-вторых, я решил посмотреть, как проявит себя хотя бы на первых порах правительство Беннета: вдруг Биби прав и оно умрет в колыбели от дистрофии и разногласий.

 Подлый вражеский сговор или демократическая смена власти?

Приверженцев Нетаниягу возмущает то, что правительство Беннета-Лапида возникло в результате сговора и в псевдодемократическом перевороте участвовала враждебная Израилю арабская партия РААМ. Биби напрасно прибедняется: именно он – выдающийся мастер интриг и  тайных политических комбинаций. По этой части ему нет равных в Израиле.

Израильское законодательство требует от политиков, желающих после выборов сформировать правительство, только одного: привлечь на свою сторону большинство депутатов кнессета. Лапида и Беннета поддержал 61 депутат - один из них не во всем согласен с Беннетом, но не примкнул к лагерю Нетаниягу.

Сколько мандатов должна получить партия, чей лидер хочет возглавить новый кабинет, законом не оговаривается! Абсолютное большинство требовалось только на прямых выборах премьер-министра, которые в Израиле себя не оправдали. 23 марта Ликуд получил 30 мандатов - но это всего четверть голосов избирателей, а не «мандат доверия» от народа, как уверяет смещенный премьер. Глава Ликуда первым формировал коалицию, но он не смог заручиться поддержкой парламентского большинства, ради которого сам навязчиво обхаживал «вражеский» РААМ.

Поведение арабских партий бывает нелояльным, но их недовольство властью не всегда беспочвенно. РААМ усилился, потому что заботится о своем электорате, состоящем из граждан Израиля. Арабские граждане и арабские партии - политическая реальность, которая в обозримом будущем не изменится. 


                                       Глава РААМ Мансур Аббас

Сторонники экс-премьера распаляют себя тем, что в коалицию вошли 8 партий, из которых только в Еш атид число депутатов выражается двузначным числом. Но все эти партии преодолели установленный законом электоральный барьер. Если бы правительство удалось  сформировать Ликуду, то все его коалиционные партнеры имели бы меньше десяти мандатов.

Создание новой правящей коалиции лагерь Нетаниягу определил как «сговор». Это семантически верно. Коалиция всегда создается в процессе переговоров («сговоров»!), поскольку телепатией израильские политики не владеют.
 

Нетаниягу явно подразумевает, что «сговор» - это когда соглашение о создании коалиции заключается партиями, не победившими на выборах, еще до попытки формирования правительства партией-победительницей. Но пусть он вспомнит свое недавнее прошлое. На выборах 2009 года Кадима получила 29 мандатов, а Ликуд - 28. Первой пыталась сколотить правительство лидер Кадимы Ципи Ливни. Ультраортодоксальные партии отказались присоединиться к ее коалиции, потому что она пообещала им выделить из госбюджета «всего» миллиард шекелей. Биби заранее гарантировал им не менее полутора миллиардов. В любом случае он перекупил ультраортодоксов до провала попытки Кадимы создать коалицию. В итоге Нетаниягу - а не получившая «мандат доверия» Ливни - стал премьер-министром, отнюдь не считая свой приход к власти нелегитимным.


 


Более «принципиальное» возражение Нетаниягу против создания правительства без Ликуда состоит в том, что его соперники создали якобы антисионистскую левую коалицию.  

Левые и правые течения в сионизме - это отдельная тема. Левые содавали первые израильские правительства и побеждали в войнах. Но дело в том, что когда Нетаниягу становился премьер-министром, он не считал зазорным брать в коалицию левых. Бывали и «сговоры». Например, оказавшись в оппозиции после выборов 2006 года, Нетаниягу подбивал часть депутатов от Кадимы покинуть фракцию и составить правительство с Ликудом (СМИ сообщали даже, какие портфели он предлагал намечавшимся ренегатам). Биби затеял «пробивание» в кнессете «закона Мофаза», который позволил бы сопернику Ливни по Кадиме выйти из фракции не с третью ее членов, а с семью депутатами. В 2009 году коалиционным партнером Нетаниягу стала левая Авода, чей лидер Эхуд Барак получил портфель министра обороны, а через два года Нетаниягу согласился оставить в правительстве Барака с меньшинством расколотой им Аводы.

С 2019 года перед тремя досрочными выборами подряд пропаганда Ликуда с особой яростью критиковала блок Кахоль-Лаван, обвиняя его в левизне и намерении «продать Израиль». Но, когда Ганц предал Лапида и согласился создать «ротационное» правительство с Ликудом, Биби, не взявший в коалицию Беннета и Шакед, доверил Кахоль-Лаван 16 министерских портфелей, причем, один из самых престижных достался бывшему боссу ненавистного Ликуду Гистадрута! Это, по мнению ликудовских агитаторов, был не сговор...

Если считать сговором и путчем создание коалиции с несионистскими партиями, то именно этим всегда занимался лично Нетаниягу! В любом его правительстве места гарантированы только для ШАСа и Яадут ха-Тора. Они никогда не разделяли идей сионизма и дружат с Ликудом исключительно ради распределения в свою пользу госбюджета. Ультраортодоксам чужды главные принципы сионизма: алия, поселенчество, оборона. В алие они высчитывают процент «гоев». К поселенчеству - в отличие от религиозных сионистов - равнодушны: отдельные поселения харедим были созданы при щедрой подержке государства, их обитатели не склонны к еврейскому труду, к которому призывал еще Гордон. Нечего говорить об отношении «естественных союзников» Ликуда к важнейшей гражданской обязанности: в армии служат единицы, а большинство харедим участвуют в буйных демонстрациях противников призыва в ЦАХАЛ.

Никто не ослабляет потенциал сионистского государства так, как ультраортодоксы, подавляющее большинство которых не желают получать качественное образование и современные специальности. При быстром росте численности харедим их обскурантизм не позволит Израилю быть сильной, процветающей страной.

Тем не менее перед выборами Нетаниягу лично призывал израильтян не поддерживать «мелкие» правые партии и голосовать только за Ликуд. Ультраортодоксы ему милей, чем сионистские партии!

О гениальности политиков и о главной заповеди Торы

На протяжении последних двенадцати лет трубадуры Ликуда объявляли Нетаниягу непогрешимым, несравненным, незаменимым вождем. В партии, которая была создана Бегиным как демократический противовес политической монополии левых, в которой всегда существовало здоровое соперничество и велись самые острые дискуссии, стало невозможно возражать Нетаниягу: члены Ликуда выражали свое личное мнение только усиленными восторгами в цитировании Председателя.

Если раньше участие нескольких ликудников в выборах главы партии считалось проявлением внутренней демократии, то Саара, осмелившегося бросить вызов Нетаниягу на прошлогодних праймериз, представляли как интригана и изменника, к тому же подрывающего здоровье нации! Оскорбленный покушением на свое величие Нетаниягу «скромно» прокомментировал поведение Саара: «Подавляющее большинство членов партии проголосовали за меня. Сегодня, когда я занимаюсь обеспечением израильтян вакциной от коронавируса, находятся деятели, занятые исключительно спасением своей политической карьеры. Уверен, что израильтяне знают, кто стоит на страже их безопасности и здоровья». После тотальной кампании против Саара 6 мандатов партии Тиква хадаша - огромное достижение!

Обожествление политического лидера, провозглашение его гением характерны для тоталитарных стран с несменяемой властью. Ликуду, считающему себя единственным выразителем национального духа, его самые верные союзники могли бы напомнить первые заповеди Торы: «Я Господь, Бог твой... Да не будет у тебя других богов сверх Меня.. Не делай себе кумира и никакого изображения... Не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой...»

Поскольку пропаганда Ликуда пользуется светской лексикой, не мешает напомнить смысл слова «гений». Это человек с выдающимися способностями в определенной области, создавший нечто новое, опередивший свое время. В политике гениями называют тех, кто выдвинул революционные идеи, сыграл судьбоносную роль в истории своей страны.

Нетаниягу благодаря разносторонним способностям много раз возглавлял израильское правительство и хорошо выполнял свои обязанности. Но проявил ли он хоть в чем-то гениальность?

Нетаниягу никогда не предлагал оригинальных идей. Его книги не стали событием ни в политическом, ни в научном мире. Они в основном посвящены проблеме международного терроризма, но автор впечатляющих побед над террором не одержал...

Не обладает Нетаниягу сильным характером, волей, которые отличают гениальных политиков. Он не выдерживает давления и предпочитает компромиссы конфронтации. В начале политической карьеры Биби критиковал ультраортодоксов, но затем превратил их в своих главных союзников, заботясь о собственном политическом выживании, а не о будущем страны. Когда-то он сражался с профсоюзным боссом Амиром Перецом, терроризировавшим общество стачками. Потом понял, что хотя Гистадрут мешает капиталистическому развитию страны, проще договариваться с организаторами забастовок, откупаться от них - платить-то не из своего кармана...    

Нетаниягу постоянно напоминает о своих огромных заслугах в подъеме израильской экономики. Действительно он применял рыночные механизмы грамотно и последовательно, но они не были его изобретением! Во-первых, экономика Израиля развивалась благодаря создателям новых технологий, талантливым бизнесменам, финансистам, менеджерам - Нетаниягу никогда не любил отмечать чужие заслуги. Во-вторых, превознося экономические таланты Нетаниягу, пропаганда Ликуда умалчивает, что в 2005-2013 годах (на этот период пришелся глобальный экономический кризис) Банк Израиля возглавлял Стэнли Фишер, один из крупнейших финансистов мира.

Поклонники Нетаниягу восхищаются его дипломатическими способностями. Он артистичен, красноречив, но это только часть качеств, необходимых выдающемуся дипломату. Внешняя политика должна отстаивать интересы страны. Нетаниягу восстанавливал против себя (и Израиля) многих западных лидеров, что было вызвано отнюдь не его принципиальностью, а неосторожной риторикой. Из-за антиарабских выступлений Нетаниягу перед израильскими правыми его не принимали в Египте и Иордании. В «палестинском вопросе» он пытался выглядеть очень правым, однако на самом деле всегда был оппортунистом!

Нетаниягу яростно критиковал «архитекторов Осло», но, став в 1996 году премьер-министром, обнялся с Арафатом и назвал его другом. В правительстве Шарона он голосовал за «размежевание» и вышел из него 9 августа 2005 года - вывод ЦАХАЛа из сектора Газы начался 16 августа...


 


Нетаниягу передал Арафату Хеврон, а в Уай-Плантейшн заключил с ним договор о присоединении к ПА 13% территорий - что по площади больше оставленного Шароном Гуш-Катифа! Если Биби - гений, то гений пиара. Нетаниягу убедил фанатичных сторонников в том, что он «ястреб», хотя в последних каденциях «сдулся» перед ХАМАСом, а перед выборами 2020 года обещал аннексировать часть ПА, но обманул легковерных обожателей. 
 

Страсть Нетаниягу к выпячиванию своих достижений при нелюбви к самокритике напоминает о полу-курьезном «эффекте Даннинга-Крюгера». Американские ученые, сформулировавшие его в 1999 году, не открыли ничего нового, но обобщили давно высказывавшиеся мысли и житейские наблюдения. Их вывод: люди с низкой квалификацией часто спешат с ошибочными выводами, принимают неправильные решения, но не способны осознавать свои ошибки; люди же высококвалифицированные нередко недооценивают свои способности, сомневаются в себе и считают других более компетентными. Неоправданная самоуверенность отличала главного друга Нетаниягу - президента США Трампа и привела его к досрочной потере должности. Но - страшно сказать - «эффект Даннинга-Крюгера», возможно, объясняет безапеляционные высказывания и неумеренные восторги многих поклонников израильского экс-премьера...


Почему его «все ненавидят»?

Пропаганда Ликуда с особой злобой повторяет, что восемь партий, вошедших в коалицию, объединяет только «патологическая ненависть» к Нетаниягу. Трудно судить о патологиях, но надо признать, что у большинства израильских политиков нет причин любить Биби!

 

Нетаниягу - индивидуалист. Он даже в ближайших политических соратниках видит конкурентов и не умеет работать в команде. После его победы на выборах 1996 года из Ликуда вынужденно ушли авторитетные деятели партии - Дан Меридор, Бени Бегин, Рони Мило. Нетаниягу удалил из своего ближайшего окружения очень много сделавшего для его политического взлета Авигдора Либермана. Расставание Биби с Ариэлем Шароном, который вернул его в большую политику после травматического поражения от Эхуда Барака, не было образцом высокой морали...

По мере укрепления своих позиций в Ликуде Нетаниягу становился все более нетерпимым. Биби «выдавил» из Ликуда Моше Фейглина, наивно поверившего в возможность демократического соперничества с Нетаниягу. Он всячески препятствовал выдвижению кандидатуры ветерана Ликуда Реувена Ривлина на  выборах президента страны.
Без сомнения, не был случайностью выход из президентской гонки Сильвана Шалома и Меира Шитрита (прежде участвовавших в выборах председателя Ликуда) из-за «внезапного» появления компромата на них...

В последние годы премьер-министра стали раздражать более молодые выдвиженцы Ликуда, считавшиеся правее его. Дани Данона, а затем Гилада Эрдана отправили на «дипломатическую работу» в США, Ципи Хотобели - в Великобританию. Гидеон Саар дважды занимал на ликудовских праймериз первое место (после Нетаниягу), но ему не доверяли самых престижных министерских постов.  К чему привело такое отношение к нему главы Ликуда, известно. В партию Саара ушел Зеэв Элькин, участвовавший в выборах мэра Иерусалима, но не получивший серьезной поддержки со стороны лидера Ликуда, что обрекло его на неудачу. Всё прохладней относился Биби к Юлию Эдельштейну, «слишком» самостоятельному в роли спикера кнессета. Бывшего столичного мэра Нира Барката, начавшегося продвигаться в Ликуде, Биби во всеуслышание объявил будущим министром финансов, но сразу забыл о своем обещании.     

 


Нетаниягу не скрывал настороженного отношения к слишком сильным деятелям национального лагеря - Нафтали Беннету, Аелет Шакед, Авигдору Либерману, Моше Фейглину. Пропаганда Ликуда стала откровенно работать против них, «объясняя» это тем, что истинным сионистам надо сплотиться вокруг Ликуда и не отдавать понапрасну голоса «мелким» правым партиям.

Беннет и Шакед возглавляли канцелярию Нетаниягу, когда он находился в оппозиции. По непонятным причинам они потеряли эту работу, причем, в процессе расставания с боссом навлекли на себя его сильную неприязнь. Либерман, даже утратив статус друга Нетаниягу, оставался близок его партии и перед выборами 2013 года участвовал в создании общего списка Ликуд бейтену. Но после «расстыковки» Нетаниягу не сдерживался в нападках на лидера НДИ.

 

 

Яира Лапида экс-премьер в публичных выступлениях честит как недоучку и бездарного министра финансов. Политический блок Кахоль-Лаван Нетаниягу называл объединением леваков, которые сдадут Израиль террористам. После чего... в 2020 году пригласил в свое правительство отколовшегося от Еш атид Ганца, а не правого Беннета. Ганца Нетаниягу прельстил обязательством об их ротации на посту премьер-министра. Тем не менее надул экс-генерала и пошел на третьи досрочные выборы.       

Отношение Нетаниягу к лидерам левых партий можно понять только в контексте его агрессивной внутренней политики и оголтелой пропаганды Ликуда последнего десятилетия. Тут вновь приходится вспомнить ошалевших поклонников экс-премьера, наделяющих его титулом гения.   

Выдающихся политических лидеров называли гениями прежде всего потому, что им удавалось сплотить народ для преодоления тяжелейших испытаний. Ни один израильский руководитель не сделал столько для раскола общества, как Нетаниягу!


Биби всегда был равнодушен к самым слабым слоям - к которым обычно принадлежит значительная часть новых репатриантов. Свой рыночный курс он проводил в интересах олигархов, чьи гигантские прибыли создают «средние» показатели быстрого роста ВВП на душу населения, хотя сотни тысяч израильтян довольствуются минимальной зарплатой и в стране неуклонно увеличивается разрыв между бедными и богатыми.

Создатели правого лагеря Жаботинский, Бегин, Шамир тоже не были социалистами. Но они понимали, что еврейскому народу генетически присуща многопартийность, и спокойно относились к существованию идеологических оппонентов. Нетаниягу стал первым израильским лидером, который ежедневно повторял, что левые - потенциальные предатели, а нацменьшинство -  это террористы. Тем самым более половины граждан страны были объявлены нелегитимной, враждебной массой! Впервые в Израиле слово «левый» стало бранной кличкой. Характерно, что это ругательство Биби обрушивал и на правых политиков, которые осмеливались спорить с ним! То есть «правыми» оказались только те, кого считал таковыми ОН. Уже говорилось, что в своих политических комбинациях Нетаниягу не раз прибегал к союзам с левыми политиками. Точно так же он заигрывал с арабской партией РААМ (из-за этого сорвал его последнюю попытку создать коалицию «несгибаемый» Смотрич), но яростно поносил Лапида и Беннета, сумевших привлечь РААМ на свою сторону.  

У левых партий много заблуждений и ошибок. Арабское меньшинство доставляет стране немало забот. Но сильный национальный лидер (а тем более гений!) должен не третировать тех, кто не совпадает с ним по взглядам, а укреплять единство общества, находить общий язык с различными группами населения. 

Нетаниягу напрасно жалуется на вражеский «сговор». Он сам своей грубой политикой оттолкнул от себя значительную часть избирателей. Каждого известного политика Биби оскорблял, унижал или обманывал. Биби разрушил даже правый лагерь - и после этого ищет каких-то зловредных виновников отстранения его от власти!

На вопрос о «сговоре» я лично отвечу: наверняка он был - и странно, если бы его не было! Многие израильские политики поняли, что лидер Ликуда уничтожил все предпосылки для нормального диалога. Нетаниягу фактически создал однопартийную систему, в которую допускались только «сговорчивые» ультраортодоксы. Третируемые главой Ликуда левые лидеры и ненавистные ему правые деятели захотели что-то делать для страны. Это вполне законное желание для политиков, многие из которых, между прочим, признают таланты и заслуги Нетаниягу. Вопреки его «добрым» предсказаниям, они, создав «альтернативное» правительство, пока не продали страну врагам, не разрушили экономику и продолжают борьбу с ковидом.    

                                           Окончание следует.