пятница, 20 августа 2021 г.

Детство гения - почва и судьба

Залпом прочел книгу израильской писательницы и литературоведа Рахели Лихт «О детство! Ковш душевной глуби!» Это захватывающее повествование о детстве Бориса Пастернака. Даже для знатоков его творчества биография поэта начинается с первых стихотворений. Но известный исследователь творчества Пастернака дерзнула ответить на сложнейший вопрос: что предшествовало этим стихотворениям, какие «почва и судьба» сделали московского гимназиста одним из гениев русской поэзии?

 


Рахель Лихт сочла нужным поместить под названием своего труда подзаголовок: «Первая часть книги «Черновик биографии Бориса Пастернака». Эта «расплывчатая» формулировка очень точно передает авторскую установку. О Пастернаке вроде бы немало известно, но гораздо больше неизвестно! Он сам не был склонен делиться подробностями своей жизни. А трагический финал его творческой биографии, травля, которой подверг Нобелевского лауреата Хрущев, долго не позволяли советским литературоведам изучать наследие Пастернака и публиковать свои работы. Да и послереволюционная эмиграция большей части семьи Пастернака считалась до развала СССР пятном на репутации! Конечно, при советском государственном антисемитизме «мешали» исследователям обстоятельства детства и юности поэта: его родители усвоили лучшие достижения русской культуры, но гордились своим еврейским происхождением и не пытались от него отречься.   

Так что, именно в постсоветскую эпоху и именно в еврейской стране сложились оптимальные условия для создания научной биографии Бориса Пастернака. Рахель Лихт начала свой труд задолго до репатриации в Израиль. Она сотрудничала с наследниками поэта, благодаря чему получила доступ к его семейному архиву, изучила места, связанные с разными периодами его жизни, в том числе - детством, опубликовала немало работ о Пастернаке. После всего этого она с удивительной скромностью определяет свою задачу: создать «черновик биографии» великого поэта.

 

Жанр книги «О детство! Ковш душевной глуби!» трудно определить: в ней соединяются глубокие психологические характеристики, картины эпохи, изысканный литературоведческий анализ. На мой взгляд, Рахель Лихт продолжает традиции, заложенные биографическими романами Юрия Тынянова: тот же метод «погружения в образ», обеспеченного доскональным знанием творчества поэта и окружавшей его среды.


Я не знаю, собирается ли Рахель Лихт в будущем анализировать отношение зрелого Пастернака к еврейству и спорить с оппонентами типа Дмитрия Быкова. В первой части «черновика биографии» она без полемического запала, ненавязчиво показывает, что Пастернак, родители которого были одесситами, рос в еврейской среде. Он не мог забыть о своем еврействе уже потому, что не с первой попытки был принят в московскую гимназию из-за процентной нормы, потому что его отец, блестящий живописец (он стал первым российским художником, картину которого приобрел престижный Люксембургский музей в Париже), не мог вступить в Товарищество передвижных выставок - передвижники очень неохотно принимали его работы и «передвигали» их не дальше Петербурга и Москвы. Гораздо позже Борис Пастернак не мог простить администрации Третьяковки того, что во время приближения гитлеровских войск к Москве она не вывезла из столицы, практически выбросив, записные книжки Леонида Пастернака с его изумительными рисунками. Естественно, он понимал, что советские чиновники от искусства редко упоминают его отца в истории русской живописи и из-за эмиграции, и из-за национальности.

Многие еврейские авторы неприязненно относятся к высказываниям Пастернака о еврействе и христианстве. Но, прочитав книгу Рахели Лихт, осознаешь, что эти высказывания принадлежат не злобному выкресту, а страдающему еврею, который никогда не отказывался от своих корней и именно поэтому так остро воспринимал драму евреев в мировой культуре!   

С поразительной проницательностью и убедительностью Рахель Лихт показывает, как в стихах Пастернака претворились его увлечения живописью и музыкой, как его картину мира формировали и Черное море, и природа средней полосы России, и московский быт. В книге о детстве поэта эти утверждения подкрепляются поэтическими цитатами. Наверняка в продолжении литературоведческого исследования творчества Пастернака это взаимовлияние искусств будет прослежено на уровне поэтики.

Книга Рахели Лихт - замечательный подарок для тех, кто «знает сладострастье высоких мыслей и стихов». Она написана с легкостью, скрывающей тонкость и изящество литературоведческого анализа. Она не только открывает культурному русскоязычному читателю детские годы великого поэта, но и впервые показывает масштаб дарований его родителей: современники считали Леонида Пастернака выдающимся художником, а Розалию Кауфман - гениальной пианисткой, не реализовавшей своих огромных  возможностей из-за болезни, но советские историки и искусствоведы по уже указанным причинам предпочитали не вспоминать о них. Книга иллюстрирована
рисунками Леонида Пастернака и уникальными фотографиями.

Завидую тем, кто впервые прочитает эту книгу, хотя приобрести ее непросто! Попробуйте заказать.


 

1 комментарий :