среда, 16 января 2019 г.

Голосовали ли ваши родственники за левые партии?

Бывший начальник генштаба Бени Ганц, создавший новую партию, долго и загадочно молчал о ее платформе. И вот, наконец, он высказался – но с армейской прямолинейностью сделал это весьма неудачно. Ганц позволил себе критику Закона о еврейском характере государства. Это вызвало реакцию, очень напоминающую нападки на «врагов народа» в других странах и при других обстоятельствах... 

 


Бени Ганц сказал, что Закон о еврейском характере государства дискриминирует друзов, которые лояльны Израилю, служат в ЦАХАЛе, - а потому в него надо внести соответствующие поправки. Тут же раздались торжествуюшие крики в Ликуде: «Ааа! Ганц, наконец, сбросил маску и показал свое истинное лицо! Ганц – левак. И этот человек претендует на роль лидера крупной израильской партии!» Еще большее озлобление в правящей партии вызвало заявление приближенных Ганца о том, что принятие Закона о еврейском характере государства стало выстрелом в спину друзов. На это последовали нелестные высказывания о военной карьере Ганца и о его якобы ответственности за смерть друзского военнослужащего, раненного в известном инциденте у могилы Иосифа (ответственность нес премьер-министр Барак). На «аналитическом» уровне – в «газете Биби» - критика Ганца переходит в диагностирование всеми комментаторами полной деградации левого лагеря.
 
Похоже, перед выборами в кнессет Ликуд намерен строить свою пропаганду на яростном обличении левых. Казалось бы, в этом нет необходимости, так как правящая партия с огромным отрывом лидирует во всех опросах. Не рассказать ли лучше о программе Ликуда? Но «есть варианты».

Ликуд наверняка победит на выборах, однако после этого ему надо будет создать коалицию. У Нетаниягу пока нет уверенности в том, что его партия с потенциальными союзниками получит более 60 мандатов. Он не без оснований напоминает про 1992 год, когда ряд мелких правых партий не преодолели электоральный барьер, из-за чего пропало огромное количество голосов и в итоге правительство сформировали Авода и МЕРЕЦ, затеявшие «авантюру Осло».
 

На предстоящих выборах для попадания в кнессет надо получить 4 мандата – этот результат не гарантирован прежним коалиционным партнерам Ликуда – Кулану и НДИ, которым непросто отчитаться перед избирателями. Пока больше амбиций, чем реальных шансов, у партий Зеут и Оцма.
 
Неприятной неожиданностью для всех правых стал уход Беннета и Шакед из Еврейского дома. На праймериз в Ихуд леуми, входящем в состав ЕД, победил Смотрич. Его риторика выглядит слишком резкой для религиозно-сионистской партии. Но оставшаяся часть Еврейского дома находится в депрессии и явно верит прогнозам о своем крахе на выборах.
 
Что касается Беннета и Шакед, то их идея фикс – расширить социальную базу правой партии, которая была бы принципиальней Ликуда в вопросах войны и мира, но включала побольше светских израильтян и поменьше тех «хардальников», которых раздражали эти молодые политики. Нетаниягу знает, что и Беннет, и Шакед, в свое время не удержавшиеся в его канцелярии, не могут питать к нему личных симпатий. Известна ему уже и их склонность к сюрпризам. Почему бы Беннету не возобновить союз с Лапидом, очень мешавший премьер-министру Нетаниягу в 2013-2015 годах?
 
Должны тревожить Ликуд и планы его традиционных партнеров – ультраортодоксальных партий: создать общий список. В этом заинтересованы ШАС с его падающим рейтингом и литваки из Дегель ха-Тора, которые хотели бы размежеваться с хасидами, но, баллотируясь самостоятельно, могут остаться за бортом кнессета. Тем не менее на большой общий улов харедим не стоит рассчитывать. Электорат ШАСа не в восторге от своего лидера, опять оказавшегося фигурантом криминального расследования, и еще меньше нравится ему политическое сотрудничество с высокомерными ашкеназами.
 
В общем, гипотетическая право-религиозная колиция может ужаться, и это вызывает нервозность у лидера Ликуда.
 
Что касается левого лагеря, то Авода, возглавляемая Габаем, выглядит безнадежно, МЕРЕЦ давно находится в идеологическом тупике, а «партия» Ливни скорее всего исчезнет с политической арены. Но все они не волнуют политтехнологов Ликуда. Гораздо опаснее другие партии, которые стараются сохранять неопределенную политическую окраску. Это Хосен ле-Исраэль, Еш атид, а также «Гешер» Орли Леви-Абукасис. Название ее партии и фамилия напоминают выходцам из восточных стран о Давиде Леви. Его дочь может развернуть агитацию в социально слабых слоях, в том числе среди избирателей ШАСа. Ей неважно, к какой коалиции примкнуть в случае попадания в кнессет. Кстати, в ходе предвыборной полемики она способна много нехорошего сказать об НДИ.
 
Следует упомянуть уже мелькающую в соцсетях новую «русскую» партию. Пока ничего серьезного о ней нельзя сказать, но у нее не более популистские лозунги, чем у НДИ, а кое в чем их риторика совпадает! Естественно, у новой партии есть важное преимущество: она еще ни в чем не разочаровала «русских». В настоящий момент неясно, кто за ней стоит. Если это продукт левых «конструкторов», то забот у Нетаниягу прибавляется.
 
Таким образом, предвыборный путь Ликуда не усеян розами. Надо решать уравнение со многими неизвестными. Направлять пропагандистские удары на все партии, представляющие какую-то опасность, нерационально. Гораздо проще – развернуть антилевую истерию и призывать все «патриотические» силы сплотиться вокруг Ликуда. Именно такая тактика требуется правящей партии, поскольку важнейшая составная часть ее избирательной кампании – атаки на «левый истэблишмент», который, по словам Нетаниягу, клевещет на него и втягивает перед выборами в юридические разборки.
 
Нельзя не заметить, что тотальная война против левых – зеркальное отражение грубых попыток оппозиции делигитимизировать Нетаниягу и его правительство. Но, поскольку у власти давно находится Ликуд, его нападки на инакомыслящих более опасны и вызывают неприятные ассоциации.
 
У обеих сторон логических аргументов не так уж много, их заменяют разные страшилки и комья грязи. Левые обвиняют Нетаниягу в нежелании урегулировать отношения с арабскими соседями и тем самым - провоцировании террора, а также в равнодушии к социальным проблемам и подавлении свободы слова. Правые утверждают, что приход левых к власти станет немедленной капитуляцией перед террористами, а в экономической области приведет к реставрации израильского социализма. Они обвиняют левых в захвате контроля над судебной системой, который позволяет миротворцам подыгрывать врагам Израиля и последовательно проводить травлю семьи премьер-министра.
 
Согласиться с правыми можно только в отношении коррумпированности правовой системы. Преследование Сары Нетаниягу выглядело отвратительно (и обернулось против левых на прошлых выборах!). Насчет дел Нетаниягу пока рано говорить: послушаем, что скажет юридический советник правительства. Что касается экономики, то Авода – давно не партия бедняков. Слабые слои голосуют за Ликуд. Призывы левых ограничить монополии, остановить рост цен, решить жилищную проблему - это скорее рыночная задача, чем социалистическая.
 
Конечно, эффективней всего срабатывают утверждения правых о готовности левых к продаже родины. На массовое сознание сильно действуют проклятья в адрес архитекторов Осло. История уже подзабыта, но ее не изменишь: именно при левых  Израиль выигрывал самые великие войны, именно при левых Израиль не вел переговоров с террористами. Первый мирный договор с лютым врагом Израиля Египтом (поощрявшим и направлявшим террор против нашей страны) задолго до Осло заключил лидер Ликуда Бегин. В текст соглашения входили обязательства Израиля о предоставлении самоуправления палестинцам. Эти обязательства выполнили Рабин и Перес и продолжил выполнять – став премьер-министром – Нетаниягу. Придя к власти, Нетаниягу сразу обнялся с Арафатом и назвал его другом, а в Уай-Плантейшн согласился отдать ему 13% территорий. К счастью, не реализовал обещания, так как из-за этого шага пало его правительство. Перед уходом Израиля из Газы Нетаниягу до последнего момента находился в правительстве Шарона и голосовал за «размежевание»! В Осло не говорилось о палестинском государстве. Лозунг двух государств для двух народов высказал Нетаниягу в своей бар-иланской речи. Вот Беннет уже заявил, что его партия Новые правые не будет сидеть в правительстве, которое готово признать палестинское государство и раздел Иерусалима. Попробуй обвини его в левизне, если лидер Ликуда признает одно из этих требований ПА.
 
Сейчас левые слишком слабы, чтобы фантазировать о том, отдадут ли они еврейские земли врагам. Тем не менее  Рабин и Перес отдали гораздо меньше, чем Бегин, который вернул Египту весь Синай! Да, Барак согласился вернуться к границам 1967 года, но категорически против был Арафат! Аннаполис был вторым шансом левых достичь «окончательного урегулирования», но опять выяснилось, что это зависит не от Израиля, а от ПА, лидеры которой не хотят мира!
 

При левых проводились жесткие антитеррористические операции. Нетаниягу выпустил из тюрем орду террористов за освобождение трусливого солдатика Шалита. В этой каденции он явно избегает военных столкновений с наглеющим ХАМАСом.  

В развернутой сейчас кампании против Ганца главная задача Ликуда – ослабить позиции его партии. Крики по поводу того, что Ганцу не нравится Закон о еврейском характере государства, - демагогия. Автор этих строк – не защитник левых, но готов к страшному признанию: ему тоже не нравится этот закон! Я тщательно его перечитывал и не понял, в чем его смысл и зачем его приняли. Закон о еврейском характере государства, как и многократно обсуждавшийся закон о смертной казни для террористов, – это популизм. О еврейском характере государства говорилось еще в Декларации независимости. Нынешний закон расплывчат и содержит много риторики. Например, там объявляется высшей ценностью поселенчество – но не говорится, где можно и где нельзя селиться. После принятия этого закона - без участия Ганца - разрушается «незаконный форпост». А где Нетаниягу собирается разместить целое государство для одного народа - на Марсе?
 

Израильское законодательство и прежде допускало смертную казнь. Вопрос не в наличии закона, а в наличии воли у руководства страны. Либерман ратовал за высшую меру для террористов, но но не сдержал своих обещаний об уничтожении хамасовских паханов в Газе. 


По моему убеждению, глупость – Закон о лояльности в искусстве. Я постоянно пишу об антиизраильском настрое многих наших «художников», но этот закон написан бездарно и неграмотно, из-за чего отдает ждановщиной. Конкретной пользы он не принесет. Для изменения содержания антисионистских книг, фильмов, спектаклей нужны не комиссарские декреты, а продуманная и решительная политика правых в области культуры – но в этой области они совершенно импотентны...
 
Избирательная кампания должна строиться не на разжигании междуусобной вражды, а на полемике по важнейшим для страны вопросам. Ликуд не высказывается о социальных проблемах, об образовании. Он запугивает избирателей тем, что Авода якобы готова капитулировать перед террористами. Большой доблести в борьбе с ними не демонстрировало и нынешнее правительство Ликуда.
 
К счастью для Ликуда, большинство израильтян связывают разгул террора с курсом правительств Рабина, Переса, Барака. Но сегодня безумные призывы к немедленному заключению мира исходят только от ультралевых маргиналов. Истинную цену риторики Ликуда мы узнаем после опубликования «мирного плана» Трампа.
 
Пока же Ликуд сохраняет хорошие шансы на сохранения статуса правящей партии. Если бы в нем были умные люди, думающие не только о власти, но и об интересах страны, они бы понимали, что практика навешивания политических ярлыков наносит ущерб не только конкурирующим партиям, но всему израильскому обществу. Вот уже Нетаниягу-младший выставляет на всеобщее обозрение пост о том, что Гидон Саар, собирающийся участвовать в ликудовских праймериз,  - левый, потому что у него жена левая! Составление досье на родственников - славная традиция...
 
Полемизировать надо посредством фактов а не демагогии. Нельзя превращать названия легитимно существующих партий в ругательства. Нельзя требовать от политических противников, чтобы они восхищались популистскими затеями только потому, что те исходят от правительства. Если идти в этом направлении, то израильтянам придется заполнять анкеты с вопросами: «Поддерживаете ли вы оккупацию одного народа другим?» или «Отрицаете ли вы еврейский характер Государства Израиль?».  


воскресенье, 6 января 2019 г.

Своя газета палит по чужим партиям

Еще не забыты бурные дебаты, которые шли в кнессете прошлого созыва по поводу закона о закрытии газеты «Исраэль ха-Йом». Тогда предложение не утвердили. На старте нынешней избирательной кампании обличительный пыл этой газеты, направленный против политических противников премьер-министра, наверняка заставляет некоторых депутатов пожалеть о проявленном ранее великодушии...

 


 Среди участников упомянутых парламентских дискуссий о судьбе «Исраэль ха-йом» было мало объективных людей. Понятно, что о недопустимости издания бесплатной газеты, разрушающей рынок СМИ, говорили политические противники Нетаниягу. Естественно, их не устраивало то, что «Исраэль ха-йом» стал лидером по тиражу среди израильских газет, благодаря чему влияние премьер-министра возрастало.
 

Пожалуй, самым объективным в тот момент оказался Моше Фейглин. Тогдашний депутат от Ликуда  сказал, что ему немало достается от «Исраэль ха-йом», но он выступает за свободу слова и потому возражает против закрытия этой газеты.У сторонников ликвидации «Исраэль ха-йом» был только один аргумент: нельзя издавать бесплатную газету – это ставит в неравные условия другие издания. Но это звучало неубедительно. Где сказано, какой должна быть цена - а продавать газету за 2 шекеля или за 50 агорот можно? В мире давно существует много бесплатных газет.
 
Конечно, яростная атака против «Исраэль ха-йом» накануне прошлых выборов в кнессет была вызвана тем, что никому из политиков не предоставился такой шанс, как Нетаниягу: иностранный миллиардер решил издавать в Израиле газету (совершенно легитимный бизнес), поддерживающую лидера Ликуда и распространяющуюся бесплатно. В нашей стране в начале 1990-х был принят закон, не позволявший издавать газеты за партийные деньги. Но в самых демократических странах нет законов, запрещающих средствам массовой информации занимать ту или иную политическую позицию. Левый лагерь, громче всех нападавший на «газету Биби», сам же ее породил! Израильские СМИ так дружно и однозначно травили Нетаниягу, а заодно его жену, что элементарная справедливость требовала появления хоть одного издания, безоговорочно поддерживавшего премьер-министра. А уж на войне как на войне...
 
Было бы странно, если бы «Исраэль ха-йом» не включился в избирательную кампанию сразу после заявления Нетаниягу о роспуске кнессета и проведении досрочных выборов.
 
Я пролистал пятничный и сегодняшний «Исраэль ха-йом». В конце недели «толстый» номер использует все свои приложения для комплиментов уходящему правительству и пальбы по конкурентам Ликуда.
 
Как замечательное достижение преподносится утверждение корзины лекарств, которая оставляет без помощи израильтян, страдающих от ряда тяжелых заболеваний. 
 
Конечно, подробно «объясняется», почему перед выборами нельзя вызывать премьер-министра на слушания по заведенным на него делам. При этом умалчивается о том, что, по одной из версий, Нетаниягу пошел на досрочные выборы именно для того, чтобы возражать против контактов с прокуратурой в этот период. Можно было бы и напомнить, что когда в аналогичной ситуации оказался премьер-министр Ольмерт, Нетаниягу был среди тех, кто требовал его отставки.
 
Не удивительно, что «Исраэль ха-йом» упоминает о распрях в Аводе, где часть партии, выступающая против Габая, потребовала досрочных праймериз. Понятно, что не находится добрых слов для Ганца, чья партия в опросах идет на втором месте после Ликуда. В одной статье высмеивается название партии. В другой цитируется житель Сдерота: «Если Ганц получит у нас 100 голосов, я дам вам миллион долларов!».
 
Но что обескураживает: газета щедро цитирует премьер-министра, который призывает не дробить и не распылять силы правого лагеря, - но в то же время настраивает читателей против Либермана, Фейглина и в особенности против «Новых правых», поскольку перспективы Беннета и Шакед еще неясны! Это не ведет к расколу правого лагеря? Двум министрам, покинувшим Еврейский дом, посвящена большая статья «Беннет и Шакед применяют «систему Кадимы». Уже сам заголовок – передергивание. Премьер-министр Шарон решил создать Кадиму, столкнувшись с противодействием Ликуда плану «размежевания». Кадима сразу создавалась как партия власти и приглашала в свои ряды влиятельных ренегатов из Ликуда и Аводы. Еврейский дом на власть не претендовал и не «выдавливал» Беннета и Шакед – наоборот, очень сожалеет об их уходе. Беннет в правом лагере – наименее циничный лидер, руководствующийся идеологическими принципами, а не занимающийся интригами.
 
В сегодняшнем номере «Исраэль ха-йом» против Беннета и Шакед направлена передовица редактора газеты Бисмута. Он напоминает о том, как правые раздробили свои силы в 1992 году, из-за чего потеряли много «пропавших» голосов и отдали власть левым, которые устроили авантюру Осло.  Автор статьи не упоминает нескольких «деталей»: став в 1996 году премьер-министром, Нетаниягу обнялся с Арафатом и назвал его другом, а вскоре в Уай-плантейшн подписал соглашение о передаче ему 13% территорий; в 2005 году Нетаниягу проголосовал за «размежевание» и только потом ушел из правительства Шарона.
 

Впрочем, наивно требовать от участников предвыборных схваток объективности и правдивости. Не для того создавался «Исраэль ха-йом», чтобы реставрировать подлинную политическую биографию Биньямина Нетаниягу.
 


четверг, 3 января 2019 г.

Выставка тысячелетия


Выставка Брейгеля «Рука мастера» вызвала паломничество интеллигенции в Вену из самых отдаленных стран. Ничего удивительного. У ценителей живописи еще не было такой возможности увидеть в одном месте лучшие работы великого нидерландского художника, и неизвестно, появится ли второй шанс.


Экспозицию работ Питера Брейгеля (1525-1569), посвященную 450-летию со дня его смерти, недаром называют «Выставкой тысячелетия». Она уникальна не только тем, что это первая монографическая выставка гениального нидерландского художника. Брейгель писал свои картины в основном на дереве. Некоторые работы склеены из нескольких дощечек. Этот материал со временем становится всё более хрупким. 26 музеев и несколько частных коллекций прислали на выставку хранившиеся в них шедевры. Тем не менее не удалось доставить в Вену «Жатву» из «Метрополитен-музея», «Страну лентяев» из Мюнхена, «Притчу о слепых» из Неаполя... 
 
До наших дней сохранились 40 картин Брейгеля, 60 рисунков, 70 гравюр. Из них на выставке в Вене представлены 30 живописных работ, 60 рисунков и гравюр. Многие из них за сотни лет ни разу не покидали место хранения. Международная команда из пяти кураторов,  самых авторитетных специалистов по Брейгелю, готовила выставку шесть лет! Началась реставрация многих известных работ Брейгеля, позволившая самыми современными методами изучить технику художника и его творческий процесс. Например, выяснилось, что под слоями краски на многих картинах скрывались графические рисунки. Именно поэтому выставка получила название «Рука мастера». Как объясняют кураторы, они хотели прежде всего показать, за что почитается Брейгель-живописец, чем он обогатил искусство изображения мира и человека. 
 
Местом проведения выставки выбрана Вена, поскольку ее Художественно-исторический музей обладает самой большой в мире коллекцией Брейгеля – 12 картин,  в том числе «Вавилонская башня», «Охотники на снегу», «Возвращение стада», «Битва Масленицы с Великим постом», «Крестьянская свадьба». Это не считая венского собрания его графики! Габсбурги, всегда отличавшиеся широтой культурных интересов, начали покупать работы Брейгеля еще в XVI веке.
 
Я не помню выставки с таким количеством посетителей. Отчасти такая переполненность залов объясняется их небольшими размерами. Художественно-исторический музей поменьше Лувра или Эрмитажа и отвел для экспозиции только одно крыло. К каждой картине надо буквально пробиваться, ожидая, пока зрители перейдут к следующему экспонату. Подавляющее большинство посетителей приобрели билеты по предварительному заказу в Интернете. Их пропускали на выставку с интервалом в 20 минут. Я прибыл в Вену в ноябре – в это время заказы уже не принимались. Выставка завершается 13 января. Последние дни она будет открыта до часу ночи!..

Кураторы выставки провели ее на самом высоком уровне. В залах можно увидеть увеличенные фрагменты небольших по формату картин Брейгеля и  стенды, показывающий процесс реставрации его работ. Неожиданность - размещенное здесь же собрание старинных предметов народного быта Нидерландов. Это имеет самое прямое отношение к эстетике Брейгеля: он не считал, что какие-то атрибуты окружавшей его жизни недостаточно «возвышенны» и недостойны изображения. Недаром художник получил прозвище Мужицкого.
 
Нельзя не отметить исключительно качественные комментарии на аудио-гидах. Обычно эти приспособления сообщают посетителям музеев самые общие сведения об экспонатах - на выставке Брейгеля зрителям много рассказывается о технических и эстетических достоинствах картин, объясняется их сложнейший философский смысл.
 
Начинается экспозиция с графических работ. Это глубоко продуманное решение. Напомню название выставки: «Рука художника». Брейгель – виртуозный рисовальщик. Мотивы, сюжеты многих известных его работ впервые появляются в рисунках, графике.

Из-за чувствительности графики свет в залах выставки приглушен. У живописных работ – отдельная подсветка.
 
В первом зале выставки можно увидеть знаменитый рисунок «Художник и знаток». Как всегда у Брейгеля, изображенная ситуация многозначна, допускает разное прочтение. Мы мало знаем о жизни Брейгеля и особенно о его личности. С одной стороны, художник не считал зазорным жить за счет продажи своих творений и был достаточно состоятельным человеком. Вот и здесь Знаток держит руку на кошельке. Но, с другой стороны, «ценитель прекрасного» не любуется живописью, а заглядывает художнику через плечо, как соглядатай, доносчик (занятие, поощрявшееся в те жестокие времена). В эпоху, когда великие живописцы охотно работали на королей, герцогов, римских пап, кардиналов и увековечивали их на своих полотнах, Брейгель, видимо, опасался зависимости от самых высокопоставленных особ и держался в стороне от них. Мотив отвратительного пресмыкания перед сильными мира сего проходит через многие его картины. Сам он при всем его мастерстве не рисовал на заказ портреты – наверное, чтобы его не упрекнули в льстивости, приукрашивании спонсоров.
 



Брейгель не оставил нам своих высказываний, а тем более трактатов о живописи. В «Художнике и знатоке» он сталкивает искусство с его противоположностью - бесплодным умствованием. Художник (считается, что в нем Брейгель изобразил себя) охвачен вдохновением, волосы растрепаны, он явно недоволен собой. Его произведение, рожденное в волнениях и сомнениях, Знаток самоуверенно рассматривает издали через очки, туповато приоткрытый рот свидетельствует о неспособности приобщиться к тайне творчества. Как позже скажет великий поэт: «Теория, мой друг, суха, Но зеленеет жизни древо». Именно из живой жизни черпает Брейгель буйство красок.  Именно в неисчерпаемости жизни – загадки его картин, никогда не поддающихся упрощенному истолкованию.

Всего увиденного на выставке я, естественно, не перечислю. Из графики назову не растиражированных «Больших рыб, поедающих маленьких», а менее известную работу «Пасечники». Она помещена рядом с замечательной картиной «Разоритель гнезд». Соседство объясняется прежде всего общим мотивом: в обоих случаях изображен залезший на дерево мальчишка, который то ли намерен поживиться птичьими яйцами, то ли решил похитить птенцов.
 

На картине «Разоритель гнезд» деревенский парень укоризненно показывает на пакостника и спокойно идет дальше. Сам факт осуждения мальчишки говорит о...  метафорическом характере сюжета. Ведь в XVI веке еще не знали слова «экология». В сельской местности ловля птиц для продажи или употребление в пищу их яиц не считались криминальными занятиями. Наверняка разорение гнезда ассоциировалось у Брейгеля с оккупацией Нидерландов испанцами, что доставляло тяжелые страдания художнику. Наблюдающий за грабежом фламандский крестьянин молод, силен, однако предпочитает не вмешиваться и пройти стороной. В итоге теряет сумку со своим добром, но мало этого – отвлекшись, он сбивается с пути и шагает прямо в мутный ручей. Последнее обстоятельство вызывает в памяти знаменитую картину Брейгеля «Притча о слепых». Если при интерпретации «Слепых» делаются самые широкие обобщения (от сентенции о необходимости выбирать надежных предводителей до сравнения незрячих спутников со сползающим к катастрофе человечеством), то в «Разорителе гнезд» очевидна нравственная коллизия: человек, спокойно созерцающий разорение чужого дома, и сам не уцелеет.       


Метафорический язык и стилистика «Пасечников», пожалуй, сложней. На картинах Брейгеля не бывает случайных фигур. Что он хотел сказать, поместив собирателей меда в один ряд с разорителем гнезд? Крестьянский труд всегда изображается Брейгелем в радостных, мажорных тонах. Здесь же у пчеловодов почему-то зловещий вид, один из них тревожно оглядывается. Другой отбросил ивовую корзину с медом: так не обращаются с плодами своего нелегкого труда.  Простейшее предположение: уж не залезла ли эта троица в чужое хозяйство? А, может быть, здесь модель мира?  Пчелы, образно говоря, обирают цветы, унося их пыльцу (как писал Пушкин: «Пчела за данью полевой Летит из кельи восковой»), а пчел обирают пасечники, уносящие их мед, – поэтому они оказываются в одной компании с разорителем гнезд. В любом случае тут не бытовая зарисовка, а притча, требующая прочтения.
 

Наверное, в «Пасечниках» надо не искать какие-то рационально-дидактические выводы, а погрузиться в изобразительную стихию. Пасечники в их странных масках и плотных одеждах лишены человеческих примет. Это какие-то зловещие обрубки, роботы, похожие на тех незваных гостей, которые на глазах у художника хозяйничали в Нидерландах.

Брейгеля часто сопоставляют с Босхом. Но это – как сегодня говорят – контрпродуктивно. Брейгель хорошо знал и осмысливал творчество Босха, творившего в XV веке. Но Босх метафизичен, у него много аллегорий. Брейгеля роднит с ним глобальность мышления: у обоих пространство картины часто перенаселено, оба оперируют абсолютными категориями: мирозданье, человечество, Добро и Зло. Однако Брейгель дальше отстоит от Средневековья. Если нидерландские художники XV века еще разрывались между двумя мирами Кузанского – дольним и горним, то Брейгель изображает реальный мир, реальных людей, реальный быт, но всё это превращается в метафоры, символы.
 

Конечно, иносказание у Брейгеля порой порождено опасениями за себя и свою семью. Он наблюдает за зверствами воинства герцога Альбы (мое поколение помнит эту мрачную фигуру по роману Шарля де Костера о Тиле Уленшпигеле), но название картины «Избиение младенцев» относит нас к евангельскому сюжету о царе Ироде. Только зимний деревенский пейзаж «намекает» на то, что речь – совсем не о библейских временах. И «Триумф смерти» - это та же цветущая земля Фландрии, но беспощадно опустошенная, а по ней, сея страдания и убийства, надвигается армия скелетов.
 

Для меня вершина живописного мастерства Брейгеля и его философского мышления – «Безумная Грета». Мое отношение к этой картине, возможно, объясняется тем, что когда-то она  стала для меня первой увиденной не на репродукции работой Брейгеля. Это потрясение я испытал в Антверпене в частном музее Майер ван ден Берг, который находится неподалеку от изумительного дома-музея Рубенса. Фриц Майер ван ден Берг был чахоточным мальчиком из богатой семьи. Родители не жалели денег на его главное увлечение - коллекцию редких книг, картин, произведений прикладного искусства. Фриц умер на пороге сорокалетия в 1901 году, и его мать передала городу замечательное собрание вместе со старинным особняком. Помню поэтичный скрип деревянной лестницы, по которой поднимаешься в небольшие, с удивительным вкусом оформленные комнаты музея. Картин там немного, но среди них - брейгелевские «Безумная Грета» и «Двенадцать пословиц»!
 

Безумная Грета – персонаж фламандского фольклора, щедро подпитывавшего творчество Брейгеля Мужицкого. Это жадная старуха, которая потеряла сковородку и отправилась за ней в ад, где таких посудин сколько угодно, правда, заполненных грешниками. Она считалась в народе воплощением человеческой алчности. Построение картины Брейгеля уничтожает однозначность аллегории. Огромная фигура Греты на фоне остальных маленьких человечков говорит о том, что это символ. Старуха в нелепых латах с мечом и с котомкой бредет непонятно куда среди дерущихся людей, чужеземных солдат, страшных чудовищ, нечистот и развалин. Ее растерянное лицо освещено сполохами пожара. По мысли художника безумием охвачена вся страна: его пугают завоеватели, искореняющие «ересь», но он не испытывает сочувствия и к своим соплеменникам - фанатичным реформаторам, уничтожающим иконы и прочие ценности. Безумная Грета – это не сатирический персонаж, она скорее заставляет вспомнить брехтовскую мамашу Кураж, теряющую детей в пламени войны, но сохраняющую надежду на ней нажиться.
 
«Безумная Грета», выдержанная в багровых тонах, поражает мастерством колорита и его мощью. Для других картин Брейгель находит в своей палитре иные, но столь же экспрессивные краски.
 
От напряжения, которого требует постижение его замыслов, отдыхаешь на работах из серии «Времена года», на картинах деревенской тематики – «Возвращение стада», «Сенокос», «Охотники на снегу», «Крестьянская свадьба», «Пейзаж с конькобежцами». По сюжетам это близко появившимся в XVII веке «малым голландцам». Они очень симпатичны, но все-таки «малые», а Брейгель во всем грандиозен!
 


Даже милая картинка «Две обезьяны» не так проста, как может показаться. Это у Дюрера (который тоже гений) заяц – просто заяц. А Брейгель и здесь – мыслитель!
 


Обезьяны изображены в широком оконном проеме, они прикованы цепями к одному кольцу. В знаковой системе XVI века обезьяна символизирует легкомыслие, глупость, порочность. Эти качества ведут в тупик: фигуры обезьян и их хвосты образуют круг. Два человекоподобных существа не смотрят друг на друга, они безнадежно сгорбились и поникли, от прежних примитивных удовольствий остались только скорлупки. А за окном – другая, красивая жизнь: по заливу скользят парусники, над ними свободно парят птицы, вдалеке высятся здания большого города, окутанные таинственной дымкой...     

Роскошное пиршество человеческого духа – выставка Брейгеля в Вене! И какое удовольствие – покидая экспозицию, не выскакивать на улицу, а попасть в посвященный Брейгелю сувенирный магазин! Чего там только нет: альбомы, литографии, компьютерные коврики, маленькие картинки с магнитами, календари, блокноты, сумки - это старая, культурная Европа...