понедельник, 22 октября 2018 г.

«Вести»: хроника запланированного убийства

Как сообщили СМИ, в конце этого года закроется ведущая русскоязычная газета «Вести». Это никого не удивило. Газета агонизировала на глазах, становилась всё скучнее. Начальство последовательно урезало бюджет, увольняло лучших журналистов. Было ясно, что концерну «Едиот ахронот» хочется поскорее избавиться от «русской» падчерицы.


Бодренькие оптимисты-сионисты всегда испытывают воодушевление после закрытия очередного русскоязычного издания. Они радостно «констатируют», что выходцы из бывшего СССР успешно интегрируются в израильское общество, переходят на иврит и не цепляются за остатки убогой галутной культуры. Кабы действительно так было, я первый присоединился бы к заливистому смеху патриотов Израиля. Но всё не так.
 
Слава Богу, значительная часть «большой алии» действительно интегрировалась. Но, во-первых, израильтяне в первом поколении не отказываются от языка страны исхода и в еврейском государстве сохраняют общинные интересы, особенно культурные. Во-вторых, алия продолжается, пусть не с той интенсивностью, что в 1990-е, и в Израиль приезжают тысячи людей, нуждающихся в русскоязычных источниках информации. В третьих, по ряду причин даже «успешные» репатрианты нередко обнаруживают, что у них сохраняются специфические проблемы. Например, после завершения трудовой деятельности они - в отличие от «настоящих» израильтян - получают мизерную пенсию или только пособие от Битуах леуми. Не самые благополучные «русские», живущие в Израиле двадцать-тридцать лет, почему-то должны просить социальное жилье у министерства абсорбции, а не в министерстве строительства – как уроженцы страны. Русскоязычные израильтяне знают, что их родственников или гостей из постсоветских стран, прибывших в аэропорт Бен-Гурион, могут без объяснений не пустить в Израиль и отправить назад. Подобные темы неинтересны израильским газетам, и людям хотелось бы найти конструктивное обсуждение этих проблем в «своей» прессе.
 
Русскоязычные газеты поначалу – в первой половине 1990-х - соответствовали запросам читателей. Критическим моментом, как я не раз писал, стало появление «русской» партии Исраэль ба-алия. Ей удалось заполнить большинство русскоязычных газет откровенной рекламой своих придуманных «достижений». Из «русской» прессы быстро исчезли статьи на актуальные для репатриантов темы, поскольку своих громогласных обещаний ИБА не выполнила и обсуждение любой проблемы воспринималось как упрек ее самодовольным лидерам (точно так же раздражали статьи о нерешенных проблемах алии партию Либермана). 
Естественно, трусливые, беззубые газеты быстро погружались в убожество, теряли свое прежнее лицо, а с ним и читателей. Количество русскоязычных изданий быстро сокращалось. 
 
Среди изуродованных партийным прессом газетенок островом независимости оставались только «Вести». Они сохраняли солидный облик, публиковали интересные аналитические статьи, широко освещали важные для «русских» культурные темы. Здесь осмеливались критиковать «самого» Щаранского и его соратников. По некоторым оценкам, именно это ускорило изгнание из «Вестей» их главного редактора Эдуарда Кузнецова, который наверняка не был ангелом, но не поддавался давлению боссов «Едиот ахронот» и партийных бонз. После его ухода редакция еще пыталась противостоять политике концерна, но это сопротивление было быстро подавлено. Хозяева «Едиот ахронот», рассчитывавшие, что «русская» газета привлечет много рекламодателей и усилит левый лагерь, были разочарованы. Они ввели режим жесткой экономии: увольнялись журналисты, редакторы, переводчики, графики (в первую очередь – старожилы «Вестей», имевшие «слишком большие» зарплаты), урезавшиеся гонорары становились просто унизительными, от некогда просторного помещения остались тесные клетушки.
 
Принципиально изменилось управление газетой. Главным начальником стал присланный из «Едиот ахронот» генеральный директор (обычно отвечающий только за финансовые аспекты работы газеты). Не зная русского языка, он получал представление о содержании «Вестей» от своей секретарши (также не понимавшей по-русски!), но важно давал указания главному редактору и журналистам. Заместитель гендиректора занимался в основном составлением списков кандидатов на увольнение.

Я не знаю, какие интересы связывали владельцев «Едиот ахронот» с партией «Наш дом – Израиль», но в «Вестях» начали постоянно публиковаться интервью с лидерами НДИ и хвалебные статьи об их гениальных идеях и достижениях. Авторами были и самые «динамичные» журналисты «Вестей», и бесталанные пропагандисты штаба партии (в ивритоязычных газетах такое невозможно!). Газета быстро деградировала, превращаясь в примитивный партийный листок.
 
Понятно, что тираж начал падать. Это облегчило владельцам «Едиот ахронот» расправу с «Вестями». Она началась с ликвидации ежедневной газеты и прикрывалась камуфляжной политикой создания сайта «Вестей» и переброски туда «лучших сил». Сайт не мог превосходить по качеству газету, а газету уже совершенно беззастенчиво добивали. Присланная из «Едиот ахронот» очередная начальница на производственных совещаниях истерически кричала: «Чтобы я не слышала о вашей «русской тематике» - надо делать нормальную израильскую газету!». Ей во всем поддакивал новый главный редактор Саша Виленский.
 
Так умерла хорошая газета «Вести», почитаемая во всем русском зарубежье. Увольняется большая группа сотрудников, которые вряд ли найдут работу по специальности. Пока неизвестно, уволен ли главный редактор, с энтузиазмом выполнявший указания концерна по умерщвлению газеты...
 
Несколько «счастливчиков», оставшихся на сайте «Вестей», трусливо молчат. Вряд ли им хочется думать о том, что радость самосохранения будет недолгой. Сайт невыразителен. Он предлагает очень мало информации, медленно обновляется, некоторые материалы висят на нем более года! Тем не менее раньше сайт подпитывался статьями из газеты – самые интересные заимствовались из политического приложения «Вести-2». Теперь компания переводчиков, вяло заполняющих сайт, не заменит команду журналистов.
 
В одном можно не сомневаться: в отпущенное ему время сайт «Вестей» будет добросовестно рекламировать партию НДИ. Ее лидер много сделал для обезображивания «Вестей», а теперь не приложил усилий для их поддержки - как и других флагманов «русской» общинной культуры в Израиле.
 
Грустная история. Все-таки «Вести» предоставляли возможность публиковаться многим известным писателям, художникам, ученым, общественным деятелям. Теперь им придется выпрашивать эфирное время на «русских» радио и телевидении, которые идут тем же путем обнищания и унижений, что и «Вести»...             

вторник, 2 октября 2018 г.

Эти очаровательные и загадочные панды...

В театре «Маленький» - премьера. Известный российский режиссер Александр Баргман,  старый друг руководителя «Маленького» Михаила Теплицкого, поставил пьесу знаменитого Матея Вишнека «История медведей панда, рассказанная саксофонистом, у которого есть подружка во Франкфурте». Изысканно-эстетское название не должно пугать. В пьесе всё очень просто и пронзительно. Замечательная игра двух актеров, которых с удовольствием откроют для себя наши русскоязычные зрители.


Матей Вишнек родился в 1956 году в Румынии. В юности был поэтом, получал престижные премии. Затем стал писать пьесы, но цензура их запрещала. В конце 1980-х писателю удалось перебраться во Францию. Там он перешел на французский. Его пьесы ставят во всем мире, критики называют Вишнека самым значительным драматургом после Эжена Ионеско.
 
Пьеса «История медведей панда, рассказанная саксафонистом, у которого есть подружка во Франкфурте» у Матея Вишнека называется чуть иначе, хотя похоже. Но это не принципиально, и просто нет сил переписывать длинный заголовок. Драматург любит названия, которые напускают тумана и дразнят любопытство зрителя.
 
Вишнека относят и к театру абсурда, и к сюрреализму, и даже к области мистики, но на самом деле он просто остался поэтом, то есть не любит в искусстве примитивного правдоподобия, банальных истин, предпочитая создавать причудливо-остраненную атмосферу, многозначные образы – в которых выражена его философия человеческого существования.
 
Режиссер Баргман тонко чувствует поэтику Вишнека. Завязка его спектакля словно взята из бытовой комедии. Молодой музыкант (актер Давид Зисельсон) обнаруживает в своей постели прекрасную незнакомку (Наталья Гантман). Он не может вспомнить, где они познакомились. Она напоминает ему, как это случилось, но предлагаемая ею версия ничего не говорит хозяину бедной парижской квартирки. Тем не менее Он ощущает, что испытывает к гостье гораздо больше, чем игривый интерес искателя случайных связей, и умоляет ее не уходить. В ответ Она делает неожиданное предложение: они встретятся девять раз, не больше, - и Он обязан этим ограничиться. Так намечавшийся водевиль перемещается в пространство поэтической драмы...
 
Происходящие с героями метаморфозы, которые вызывают жанровые и стилистические трансформации спектакля, точно материализуются в сценографии и костюмах Полины Адамовой. Поначалу мы видим неопрятность, запущенность богемно-холостяцкого жилища, уставленного пустыми бутылками. Постепенно оно превращается в арену Бытия. Соответственно и будничные прикиды героев сменяются всё более поэтичными одеяниями.
 
Драматург не пытается навязывать зрителям единственный способ понимания его пьесы. Кто-то может поверить, что все события происходят в затуманенном алкоголем сознании саксофониста. Кто-то заподозрит, что это видения, рождающиеся (из-за порочных излишеств героя) уже за гранью земной реальности. Но вряд ли Матей Вишнек всё сводил бы к одной «проясняющей» интерпретации.  Ведь Он и Она лишены конкретных имен и индивидуальных черт. Девять ночей – это условность, могло быть и девять лет, а на самом деле речь идет о том, что вся Жизнь человека продолжается, пока жива Любовь.
 
Девять дней – это шагреневая кожа Любви, укорачивающаяся с катастрофической скоростью, ибо счастье необъяснимо, его всегда недостаточно, и не каждый способен по-человечески распорядиться отведенным свыше временем. Это время не измеряется количеством ночей – недаром Она один раз, ничего не объясняя, не приходит: это не нарушение их договора, так как Любовь состоит не только из встреч, но и из расставаний, из ожидания.
 
Я не знаю, нужно ли перед спектаклем пробежать в Википедии (хотя это всегда полезно) статью о пандах. Какие-то неуловимые ассоциации в пьесе есть. На мой взгляд, ключ к прочтению авторского замысла – поэтический эпизод с таинственной клеткой, которую Она дарит возлюбленному: в ней от прикосновений героя рождаются и множатся какие-то невидимые, но замечательные сущности. Тот, кто истолкует эту метафору, объяснит и панду, и Франкфурт в диковинном названии пьесы...
 


Такой спектакль невозможно поставить со средними актерами. Премьера показала, что на культурном небосклоне нашего «русского» зрителя загорелись еще две звезды. Давид Зисельсон, хотя и получил театральное образование в России, уже замечен на израильских сценах и экранах. Не умаляя его актерских достоинств, должен отметить, что в пьесе Вишнека протагонистом является Она. Именно ее появления сообщают импульсы фабуле, приобщают простоватого любовника к тайне Любви, преображают его духовно. Наталья Гантман прежде блистала в Омском академическом театре драмы. Яркая внешность романтической героини сочетается у нее с глубиной актрисы интеллектуального театра. А уж профессиональное мастерство на сибирских сценах всегда было отменным. Хорошо бы удержать Наталью Гантман в Израиле!..    

Не могу не высказать восхищение вкусом, организационными способностями, творческой щедростью Михаила Теплицкого, благодаря которым театр «Маленький» очень высоко держит репертуарную планку и дает возможность проявить себя многим режиссерам и актерам. Эти возможности особенно ограниченны у талантливых людей, только начинающих свою израильскую жизнь.
 
Пользуясь случаем, информирую читателей о том, что с 6 по 9 октября в Тель-Авиве и Яффо пройдет фестиваль «Большие друзья Маленького театра» с участием зарубежных театральных коллективов. Все сведения можно найти в Интернете.

Фото: Марк Цо           

понедельник, 1 октября 2018 г.

Барьерный бег на укороченной дистанции

Скоро откроется зимняя сессия кнессета. Многие оракулы уверены, что нас ждет решение премьер-министра о досрочных выборах. Они ссылаются на недавнее предложение Нетаниягу о снижении электорального барьера. Но ведь перед прошлыми выборами барьер повышали! Похоже, законы, определяющие политическую систему Израиля, действуют одну каденцию и меняются сообразно целям, которые преследуют партийные деятели...


Бурные события последнего времени заставили нас жить глобальными проблемами. Но открытие зимней сессии кнессета вернет Израиль к своим внутренним заботам. Судя по раздорам в коалиции и даже внутри некоторых коалиционных партий, назревают досрочные выборы.
 
Внешним поводом для роспуска правительства может стать отказ ультраортодоксальных партий одобрить новый закон о призыве в ЦАХАЛ ешиботников. Но есть более скрытые причины, способные заставить Нетаниягу объявить о досрочных выборах.
 
На Генеральной Ассамблее ООН американский президент опять заговорил о ближневосточном урегулировании. Президент США не скрывает, что ему больше всего нравится вариант создания двух государств для двух народов. Хотя раньше всех эту формулировку озвучил Нетаниягу в своей знаменитой бар-иланской речи, всем ясно, что израильский премьер-министр использует ее не как реальную программу действий, а как возможность отмахнуться от Запада, зацикленного на мирном процессе. В Ликуде обсуждение лозунга двух государств считается неприличным. Еврейский дом открыто говорит, что не согласится с созданием палестинского государства. Либерман уже не рекламирует свою идею обмена населением и территориями с арабскими соседями, но не спешит признаваться, что давно стоит на позициях архитекторов Осло.   

Как мы видели, Трамп упорно пытается реализовать все свои предвыборные обещания. Трудно усомниться в том, что он обсуждал свой мирный план с Нетаниягу. Пассивность нашего премьера и его министра обороны на фоне наглых провокаций ХАМАСа можно объяснить только тем, что они обещали американскому президенту не «осложнять» обстановку на своих границах до обнародования его мирной инициативы.  

Нетаниягу прекрасно понимает, что принятие им предложения о территориальном размежевании с ПА может рассорить его с правыми партиями и вызвать бунт в Ликуде. Конечно же, ему выгодней провести праймериз в Ликуде и сформировать новое правительство до того как Трамп начнет искушать Ближний Восток новыми миротворческими соблазнами. А если «процесс пойдет» и премьер-министра будут слишком агрессивно атаковать правые, он сможет урезонить их перспективой создания правительства национального единства с Аводой и Еш атид.
 
Другой сильный стимул для проведения досрочных выборов – уязвимость правительства в дебатах на социальную тему. Главный специалист коалиции по квартирному вопросу Кахлон не добился благотворных изменений на рынке жилья. Нечего сказать министру финансов и по поводу роста цен. Всё это наверняка использует против Ликуда пылкий оратор Яир Лапид – и в интересах премьер-министра оставить ему минимум времени для предвыборной пропаганды.
 
Наконец, есть третье неприятное для Нетаниягу соображение: расследования, ведущиеся против него. Пока трудно сказать, чем это закончится, но ему лучше идти на выборы, чтобы отложить и свои встречи со следователями, и надвигающееся заключение прокуратуры.
 
Хотя Ликуд лидирует в опросах, далеко не так уверенно смотрят в будущее его коалиционные партнеры. Падает рейтинг Кулану, НДИ, ШАСа. В Яадут ха-Тора углубляется конфликт между литваками и хасидами, которые могут создать отдельные партии, как было до 1990-х.
 
Именно это проблематичная ситуация заставила Нетаниягу заявить на встрече с лидерами коалиционных партий о желательном снижении электорального барьера на 0,5%. Тем самым он опустился бы до 2,75% и в кнессет попадали бы партии, получившие по итогам выборов не менее 3 мандатов. Сегодня «проходной балл» - 4 мандата.
 
Хотя именно партиям НДИ и ШАС опросы часто сулят 4 мандата (учитывая возможность статистической погрешности, это может оставить их за бортом кнессета), Либерману особенно трудно согласиться с предложением Нетаниягу. Ведь он много лет требовал изменения израильской политической системы, которая, по его словам, отличается нестабильностью из-за шантажа маленьких партий и слишком частой смены правительств. В итоге в 2014 году по инициативе Давида Ротема (НДИ) был принят Закон о стабильности власти. Он предусматривал повышение электорального барьера с 2% до 3,25% (в результате минимальное количество мандатов, позволяющее партии попасть в кнессет, увеличилось с 2 до 4), а также сокращение количества министров до 18 и заместителей министров – до 4. Не секрет, что избиратели НДИ давно недовольны тем, что партия не выполняет своих обещаний. Поэтому Либерман не может отказаться от политических лозунгов, которые отстаивал два десятилетия.
 
Не в восторге от предложения Нетаниягу и Арье Дери. Ему удалось вернуться в большую политику, отобрав лидерство в ШАСе у Эли Ишая, который успешно руководил партией в отсутствие Дери. Но в этой каденции избиратели не очень довольны своим бывшим кумиром, благодаря чему список Ишая может преодолеть электоральный барьер.
 
Казалось бы, Беннету опросы обещают больше нынешних 8 мандатов. Но, если снизится электоральный барьер, то в кнессет могут попасть мелкие правые партии, способные отнять часть мандатов у Еврейского дома.

Только у лидеров Дегель ха-Тора и Агудат-Исраэль нет причин возражать против предложения Нетаниягу. В случае раскола в Яадут ха-Тора каждая из этих партий в отдельности может не получить 4 мандатов.
 
Но дело не в том, насколько рационально предложение премьер-министра. А раздувать правительство маленькой страны, а создавать в нем должности вроде «министр транспорта и разведки» - рационально? К сожалению, Нетаниягу, много разглагольствующий об укреплении еврейского государства, не слишком считается с основополагающими принципами этого государства. Когда он оказывается перед выбором: спасение своей личной власти или принципы – то предпочитает не принципы...
 
Победив на выборах 1996 года, Нетаниягу обнимался с Арафатом, называл его другом, а потом подписал соглашение о передаче ему 13 процентов территорий. Находясь в кабинете Шарона, Нетаниягу голосовал за его план ликвидации поселений в Газе и вышел из правительства только накануне «размежевания».
 
Не стоит удивляться тому, что через несколько лет после повышения электорального барьера Нетаниягу готов его снизить. Правила выборов он рассматривает прежде всего через призму своих интересов. После победы Кадимы в 2006 году Нетаниягу содействовал законодательным инициативам, которые не отличались этической безупречностью, поскольку были «привязаны» к конкретным политикам. Когда интригами в кнессете занимался Перес, это называли «грязными трюками». Раскол Цомета при Рабине, выход Бронфмана из Исраэль ба-Алия оценивали как аморальное политическое поведение. Но ради развала Кадимы пробивался «закон Мофаза» разрешавший выходить из парламентской фракции не трети ее членов – как прежде требовал закон, а семи депутатам. Такой же «точечный» характер носил «закон Дери». Перед выборами 2013 года Беньямина Нетаниягу больше устраивал во главе ШАСа правый Эли Ишай, нежели Арье Дери, способный спеться с левыми. Дери после отсидки мог вернуться в политику только через 5 лет. Новый закон увеличивал этот срок до 7 лет.
 
Среди Основных законов, заменявших в Израиле Конституцию, одним из важнейших был Закон о правительстве. Он не позволял включать в правящий кабинет более 18 человек. Первым этот закон растоптал циничный Барак. Но Нетаниягу проявил себя не лучше. Он не возражал против введенного политическими вымогателями базарного «принципа»: коалиционной партии на каждых трех депутатов «положен» один министерский портфель.
 
Предложение Нетаниягу о снижении электорального барьера говорит о том, что он хочет превратить свою коалицию в парламентскую «высшую лигу», из которой невозможно выбыть. Правда, непонятна арифметика: как склеить коалицию, в которой у большинства партнеров по 3 мандата! Опять напрашивается предположение, что премьер-министру видится будущее правительство с участием левых партий при максимально широкой политической поддержке, - соответственно, ему нужно не увеличение представительства сегодняшних союзников, а хотя бы их присутствие в кнессете.
 
Израилю очень не помешало бы оздоровление его политической системы: пора отделить законодательную власть от исполнительной, перестать раздувать правительства, ввести более высокие профессиональные и моральные требования к занятию государственных постов. Хуже всего то, что в последние десятилетия каждый национальный лидер перекраивает политическую систему под свои личные вкусы и интересы. Еврейский народ существует тысячи лет. Ему необходимо государственное устройство, рассчитанное надолго, – никак не на три-четыре года.                 

понедельник, 24 сентября 2018 г.

Не шизофрения – совершенно нормальный фашизм

После того как сирийская ПВО сбила разведывательный самолет Ил-20, Москву сразу посетил командующий израильскими ВВС. Но от представленного им документального отчета отмахнулись. Российские политики, генералы, комментаторы обвинили в случившемся не сирийцев: на брифинге в министерстве обороны РФ вину полностью возложили на Израиль! У нас не любят углубляться во внутреннюю обстановку России. Но именно она объясняет и агрессивность страны, и лживость ее лидеров, и нынешний выброс наглости и антисемитизма.

 

 











Кто бы ни стрелял – виноваты израильские агрессоры!

Я не собираюсь полемизировать с Шойгу, Лавровым и бесноватыми участниками телевизионных ток-шоу. Ситуация в Сирии предельно проста. 

Режим палача Башара Асада довел страну до всеобщего восстания. Россия ввела туда войска «по просьбе» Асада – как СССР вводил их в страны Балтии, в Венгрию, Чехословакию, Афганистан для расширения и укрепления своих сфер влияния. Москва сама назначила среди многочисленных участников гражданской войны в Сирии «защитников законной власти», «оппозицию», а также «террористические группировки», каковые начала уничтожать варварскими ковровыми бомбардировками.
 
Вместе с российской армией в Сирию вторглись Турция, Иран и головорезы «Хизбаллы». Если Турция не любит Израиль, но в Сирии борется с курдами и пытается помочь суннитам, то Иран давно и постоянно заявляет о намерении стереть Израиль с лица земли. Послушная ему «Хизбалла» не раз обстреливала ракетами нашу страну. Иран доставляет в Сирию новейшее оружие, которое сирийцы передают фанатикам Насраллы. Израиль предупредил Путина, что не может терпеть присутствия Ирана в Сирии и будет уничтожать его базы и склады с оружием. Путин не возражал, хотя иранцев из Сирии не выгонит (это не послушные пудели). Вроде бы до сих пор израильским ВВС удавалось действовать аккуратно: в ходе авианалетов иранские объекты уничтожались, сирийская ПВО не успевала среагировать, Москва получала предупреждения о предстоящих атаках, она не вмешивалась, а ее военный контингент в Сирии не страдал от израильских обстрелов.      

Специалисты уже разъяснили бессмысленность утверждений о том, что сверхзвуковые израильские «F-16», спрятавшись за тихоходный «Ил-20» (на радарах их спутать невозможно), спровоцировали обстрел сирийцами российского самолета. Командующий израильскими ВВС Амикам Норкин представил в Москве объемистый отчет с хронометражем и спутниковыми снимками. Сирийские ракетчики-виртуозы сбили российский самолет, когда израильские «F-16» давно отбомбились и вернулись в свое воздушное пространство. Но министерство обороны  РФ не удовлетворено, российские политики, генералы злобно предупреждают, что Израилю придется заплатить за «провокацию» и отношения между двумя странами уже не будут прежними. В московских телестудиях участники многочисленных круглых столов разнузданно поносят подлость и коварство израильской военщины и призывают к нанесению «ответного» удара. 

Собственно, кому должен быть адресован «ответ»? Сбили «Ил-20» сирийцы. Это признал и президент России, заявивший, что не следует сравнивать нынешний инцидент с уничтожением российского самолета турками, так как Израиль не сбивал самолет-разведчик. По мнению Путина, имела место «цепь трагических обстоятельств». Но это признание потонуло в общем хоре ненавистников Израиля.

Израильские генералы ВВС – в отличие от разхамившихся «коллег» из российского генштаба – заслужили свои звания, защищая свою страну в боях с опытными и хорошо вооруженными врагами, а не расстреливая гражданское население Молдовы, Чечни, Грузии, Украины. Если в Москве у кого-то возникают вопросы, представители ЦАХАЛа могут внести ясность, но не обязаны отчитываться перед бандитами в погонах. Российскому генштабу проще было напрямую поинтересоваться у сирийских ракетчиков, почему они сбили «Ил-20». Ведь это российские друзья поставляли сирийцам малоэффективное оружие и обучали их.
 
Отвечать на вопросы должен не Израиль, а Кремль. Собирается ли Россия выполнять договоренности, которых добился Нетаниягу в ходе визитов в Москву? Путину надо было прямо сказать израильскому премьер-министру, что Россия не позволит атаковать иранские объекты в Сирии. Это было бы честней, чем позволять Ирану размещать склады с оружием в районе российской базы в Латакии. Израиль уничтожил их хирургически, но пострадала Россия – из-за своей, а не израильской провокации.
 
Официальная точка зрения Кремля была высказана почти через неделю (!) после инцидента - на брифинге в министерстве обороны РФ. Если Норкин привез в Москву документальные материалы, то представитель МО Игорь Конашенков оперировал – как это делается в Москве при освещении военных проблем – мультиками.
 
Обычным российским лицемерием проникнуты претензии по поводу того, что на этот раз Израиль всего за минуту сообщил о предстоящем ударе по иранским объектам. Во-первых, как информировал Норкин, предупреждение было сделано раньше. Во-вторых, чего хотел бы российский генштаб: чтобы Израиль предупреждал за сутки или присылал график намечающихся авиаударов на ближайший месяц? Разумеется, Россия как союзница передаст полученные данные Сирии и Ирану.
 
Приведенный Игорем Конашенковым хронометраж «отличался» от времени, которое фигурировало на российских мониторах в телепередачах по горячим следам. Генерал-майор уверял, что израильские истребители примерно час носились над Латакией, «вероятно, готовясь к повторному удару». Это гипотеза, а не документальный отчет. К тому же сказанное совершенно противоречит тактике израильских ВВС: опасаясь зенитных обстрелов, наши самолеты возвращаются на свою территорию сразу после нанесения удара. Согласно материалам Норкина, действительно прошел час между атакой израильских ВВС и уничтожением российского самолета. Всё это время сирийская ПВО вела беспорядочную стрельбу, «благодаря» чему в конце концов сбила «Ил-20».     

О степени правдивости российского министерства обороны говорит то, что в первом же его сообщении в обстреле Сирии обвинялись не только израильские истребители, но и французский фрегат. На брифинге в МО «французский  сюжет» уже исчез! 
 
Конашенков напирал на то, что Израиль обманул Россию, поскольку сообщил – по-русски - о предстоящем ударе на севере Сирии, а Латакия находится на западе страны. Уточним: она расположена на севере сирийского побережья Средиземного моря. Неизвестно, насколько точно передает Конашенков израильское предупреждение (если бы его сделали по-английски, возникли бы проблемы с переводом – как это не раз бывало в прошлом), но забавно, что от израильтян безупречного русского языка требует российское министерство обороны, чей пресс-релиз о брифинге не отличается идеальной грамотностью!
 
Генерал-майор заявил, что со времени достижения российско-израильских договоренностей Россия предупреждала Израиль об «опасных» полетах своих самолетов 300 раз, а от Израиля поступило всего 25 предупреждений. Внушительное сопоставление! Но оно говорит только о... необоснованности нападок на Израиль по поводу нарушения им суверенитета Сирии. 

Израильские истребители появляются в сирийском небе только для одной цели – уничтожения иранских баз и складов оружия. Другие объекты их не интересуют. Над сирийскими городами летают российские самолеты, разрушившие полстраны и нанесшие ей ущерб, который не искупается последующими гостинцами оккупантов – конфетами, игрушками, учебниками русского языка.    

Совершенно идиллически описал Конашенков поведение иранцев, которые якобы послушно согласились с просьбой Путина – не угрожать Израилю. По его словам, иранские части и военная техника находятся не ближе 140 километров  к границе Израиля. (Почему-то Россия считает, что ей угрожает оружие, находящееся в Восточной Европе, в тысячах километров от ее территории!). А зачем «кроткие»  иранские генералы  полезли в Сирию и  периодически завозят туда наступательное оружие, которое передается «Хизбалле»?   
 
Если министерство обороны России не знает ни о постоянных антиизраильских декларациях тегеранских фанатиков и обитателя бейрутского бункера, ни о тоннелях, по которым через ливанскую границу переправляется иранское оружие для террористов, то могло бы пригласить на брифинг израильского докладчика.
 
Игорь Конашенков пустился в красочные рассказы  о благородных делах российских военнослужащих, которые, рискуя жизнью, спасают в Сирии иудейские святыни и ищут там же останки израильских солдат. После этого он безапеляционно заявил, что хотя «Ил-20» уничтожили сирийские ракетчики, израильские летчики проявили «непрофессионализм» и «преступную халатность», а потому «вина за трагедию с российским самолетом ЦЕЛИКОМ (!) лежит именно на военно-воздушных силах Израиля и тех, кто принимал решение о такого рода деятельности».
 
Грешно обсмеивать послушного начальству служаку. Любой объективный человек со здравым смыслом сам сравнит убедительность двух интерпретаций трагического инцидента: российская сторона говорит - впервые в истории! - о непрофессионализме  израильских летчиков (невысокого мнения о них и блестящий военный профессионал Яков Кедми...), израильская сторона указывает на беспорядочную пальбу сирийской ПВО, которая – судя по признанию самого Конашенкова – наблюдалась уже по крайней мере 25 раз...

Еще через день последовало заявление министра обороны Шойгу. Он повторил безграмотную чушь о том, что израильские истребители ПРЯТАЛИСЬ за российским самолетом, из-за чего тот был сбит. Но гораздо неприятней были его угрожающий тон и объявленные им меры «обеспечения безопасности российских военнослужащих в Сирии» (сначала их послали туда, чтобы защищать Асада, а теперь уже их самих надо защищать от сионистских агрессоров!).



Сирия в течение двух недель получит зенитный ракетный комплекс С-300, способный перехватывать средства воздушного нападения на дальности более 250 км и одновременно поражать несколько воздушных целей.
Командные пункты сирийских соединений и частей ПВО оснастят   автоматизированными системами управления, которые поставляются только в российские вооруженные силы. Это позволит обеспечить централизованное управление всеми силами и средствами ПВО Сирии. Будет гарантирована  идентификация всех российских воздушных судов сирийскими средствами ПВО.
В прилегающих к Сирии районах над акваторией Средиземного моря будет осуществляться радиоэлектронное подавление спутниковой навигации, бортовых РЛС и систем связи самолетов, атакующих объекты на сирийской территории.
«Реализация данных мер охладит «горячие головы» и удержит от необдуманных поступков... В противном случае вынуждены будем реагировать в соответствии со складывающейся обстановкой», -  заявил овеянный боевой славой министр обороны России.
 
Похоже, Шойгу не сообразил, что все перечисленные им меры свидетельствуют о бездарности сирийских военных и правоте израильских экспертов. Но российских «полководцев» такие тонкости не волнуют. «Горячие головы» - это они сами! Их давно мучили воспоминания о позорных провалах кремлевской политики на Ближнем Востоке. Сегодня наследники Малиновского, Гречко, Устинова торжествуют: им явно удалось свернуть российско-израильские договоренности о предупреждении опасных инцидентов в Сирии и усилить конфронтацию с ненавистным еврейским государством. 

Три года назад Турции "простили" сбитый "Су-24". Сейчас ни слова укоризны не высказывается сирийцам. Из-за чего? Правители России воспитывались в учреждениях, где человеческих жизней не жалели. Истерическая и лживая кампания против Израиля, обвиняемого в том, что сирийская ПВО уничтожила российский самолет, не имеет рационального обоснования, как любая антисемитская вакханалия. 

От такой России нельзя ждать другой политики!  

Авторы мультиков, изображающих израильские истребители, которые коварно прячутся за российским самолетом, не пытаются ответить на вопрос: зачем Израилю надо было бы "наводить" сирийские ПВО на "Ил-20" и ссориться с Россией? Нежелание  российских силовиков считаться с логикой, фактами и кликушеские вопли в московских телестудиях о «наказании» Израиля – это не шизофрения и не паранойя. Надо ли удивляться лжи из уст Конашенкова и Шойгу, когда постоянно врет высшее лицо государства? Стоит ли возмущаться неожиданному наезду на Израиль российского министерства обороны, когда Россия нападает на Молдову, Чечню, Грузию, Украину, запугивает страны Балтии и Польшу, бомбит сирийские города?
 
Путинская Россия быстро покончила с детскими иллюзиями недоношенной демократии. Исчезли прежние оппозиционные партии, их лидеры были убиты или предпочли уйти из политики. Путин отучил россиян выходить на демонстрации, устраивая избиение протестующих и введя уголовные кары за участие в «беспорядках», к каковым отнесли любую критику власти.
 
Попытка Навального вывести 9 сентября людей на улицы, чтобы выразить несогласие с ограблением российских пенсионеров, привела к аресту инициатора акции и сотен его сторонников. Один из шумных оппозиционеров Петр Верзилов оказался в клинике Склифософского из-за того, что у него резко ухудшились зрение, слух, речь, начались судороги. Родным удалось отправить его в Берлин, где врачи сразу предположили отравление.
 

Удушение демократии невозможно без карательного аппарата. Путин создал исключительно для защиты своей личной власти Росгвардию, насчитывающую более 300 тысяч человек! В Сирию их не посылают. Начальник этой армии опричников Виктор Золотов, обвиненный Навальным в коррупции, через СМИ вызвал обидчика на «поединок», пообещав сделать из него отбивную. Поражает даже не интеллектуальный уровень генерала (!), гордящегося умением калечить людей, и не его уголовный лексикон (которого не стесняется сам нацлидер), но сознание им своей безнаказанности. Такого публичного глумления не позволили бы себе в свое время Ягода,  Ежов, Берия.
 
Диктатура, опирающаяся на карательные органы, может сплотить вокруг себя народ, только льстиво возвеличивая его и натравливая на другие – «враждебные» – нации. При Путине главной задачей державы объявлена защита «Русского мира», который находится, естественно, на всем постсоветском пространстве, и включает миллионы эмигрантов, бежавших из развалившейся империи на другие континенты. Наиболее активно защита «Русского мира» проходила в Украине, сопровождаясь безграмотными россказнями российских политиков и продажных пропагандистов об отсутствии у украинцев своей истории, своего языка и культуры.
 

В России возобновлена политика русификации, насаждавшаяся в СССР. Госдума принимает закон о необязательном изучении в автономных республиках национальных языков! Депутаты призывают то к исключению из учебных программ иностранных языков, то к очищению русского языка от иностранных слов.

«Враждебными» объявляются народы всех стран, у которых испортились отношения с Россией: американцы, англичане, украинцы, поляки, голландцы, турки. При улучшении отношений нападки на них сразу прекращаются.
 

Как всегда при подавлении свободы мысли, в России всё сильнее закручиваются гайки в области культуры. Против выдающегося режиссера Кирилла Серебренникова, осмелившегося не соглашаться с властью, начали уголовное расследование по обвинению в хищениях, его посадили под бессрочный домашний арест. Более «мелких» режиссеров вроде Сенцова можно обвинить в шпионаже, терроризме (!), отправить в колонию, подвергать пыткам.
 

Подстрекаемые попами казаки, хулиганы, националисты врываются на спектакли и вернисажи для защиты «духовных скреп». Недавно в Москве на «Винзаводе» была разгромлена выставка художника Слонова «Небесный Иерусалим». Погромщики не скрывались – это SERB, или Юго-Восточный Радикальный блок. Экстремистская группировка появилась в Киеве в период Майдана, требовала независимости для «русских» областей Украины. Потом, опасаясь преследований, перебралась в Россию. На ее «счету» - обливание зеленкой Навального, Улицкой, осквернение мемориала на месте гибели Немцова. После побоища на «Винзаводе» бандитов практически только пожурили за «порчу экспонатов».
 

Тоталитаризм, шовинизм, ксенофобия естественно сочетаются с милитаризацией и империалистической внешней политикой. При Путине Россия начала нападать на соседние страны, а затем вторглась на Ближний Восток. Западный мир боится вступать в военную конфронтацию с Россией. В итоге нацлидер наглеет: агрессию, провокации и диверсии против суверенных стран он «объясняет» с помощью самого нелепого вранья. Недавно весь мир поражался российским байкам по поводу отравления Скрипалей в Англии. Британские спецслужбы проследили действия агентов ГРУ буквально по минутам. Но подозреваемых выпустили на российские телеэкраны, где они несли околесицу, которая была бы позорной для малолетних олигофренов. Впрочем, уровень сочинительства был не хуже, чем у домыслов по поводу израильских летчиков, «вынудивших» сирийских ракетчиков сбить российский самолет.       

Возвращение эпохи кремлевских ультиматумов?

Диктатура, усиление репрессивного аппарата, подавление инакомыслия, шовинизм, разжигание ненависти к «враждебным» нациям, создание фантастической мифологии, милитаризация и акты агрессии против суверенных стран – это классические признаки фашизма. Пока еще в России смирный обыватель, не участвующий в демонстрациях, не выступающий в телестудиях, не ставящий дерзких спектаклей, может не читать оппозиционных изданий и не замечать омоновцев, казаков, националистов – как многие немцы вплоть до 1945 года не замечали гестапо и концлагерей.
 

Израиль в отношении путинской России долгое время занимал позицию страуса: дескать, нас их дела не касаются, мы должны думать о судьбе еврейского государства... Больше того, после вторжения России в Сирию Нетаниягу начал регулярно ездить в Москву, чтобы объяснить Путину, как опасно для Израиля появление рядом с его границами иранских частей и отрядов «Хизбаллы».
 

Не думаю, что сегодня кто-то может объяснить достаточно благодушное отношение Путина к этим инициативам. Возможно, Путин действительно не является антисемитом – как уверяют многие его апологеты. Возможно, российскому президенту льстило, что с ним ведет диалог страна, представляющая демократический мир. Возможно, до определенного момента он был не уверен в том, что Россия в одиночку вытянет избранную ею авантюрную политику. В любом случае в его стране некоторые «странности» отдельных политиков не могут изменить Систему. Антисемитами не были Ленин, Дзержинский, Брежнев – а чего натворили!..
 

Предположения о том, что в последнее время российские силовики начали «давить» на Путина, выглядят наивными. Именно при Путине началось возрождение имперского духа в России, именно он вдохновенно обосновывал все ее агрессивные акции. Он достойный вождь изуродованной им страны. У Путина есть всем известный принцип: своих не сдавать. Бездарных генералов, не сумевших наладить в Сирию систему ПВО, следовало поувольнять. Но зачем позорить державу, если можно во всем обвинить сионистов?
 

Предъявление Израилю обвинений в том, что «из-за него» сирийцы сбили российский самолет, в сочетании с откровенным шантажом – пугающе напоминает нападение Гитлера на Польшу и Сталина на Финляндию. Фашизм генетически запрограммирован на антисемитизм, который рано или поздно проявится. Фашисты дружат с фашистами. Смешно было бы рассчитывать на то, что Путин и его генштаб предпочтут Израиль Сирии и Ирану.

Опасна ли возникшая ситуация? Очень!
 

Путин безутешно скорбит по большевистской империи, его взгляды сформировались в кабинетах советской охранки. Он искренне понимает престиж и величие своей страны как страх, который она внушает миру. Президент России догадывается, что Америка ему не по зубам. Но все ли обратили внимание на недавние маневры «Восток-2018», которые российская пропаганда рекламировала как крупнейшие в современной истории страны? На их фоне Путин предложил Японии заключить, наконец, мирный договор без предварительных условий (то есть навсегда отдать России захваченные ею острова). Одновременно, обращаясь к участвовавшим в маневрах китайским и монгольским военнослужащим, он напомнил о разгроме Японии на Халкин-Голе. В той кампании участвовала только Монголия,  но сегодня Россия усиливает военное сотрудничество с Китаем, у которого сохраняются территориальные споры с Японией...
 

К счастью для Израиля, Россия затеяла и продолжает затевать слишком много авантюр при ее слабой экономике, которая и без того трещит по швам из-за западных санкций. Одна из причин, заставивших Путина удовлетворять предложения Нетаниягу о согласовании действий в Сирии, - нежелание России испытывать свои возможности в столкновении с Израилем. Наша страна способна постоять за себя: наиболее образованным российским генералам известны результаты нескольких сражений между израильскими и советскими летчиками в былые времена.
 

Надо ли понимать «программу Шойгу» как запрет на израильские атаки против иранских объектов в Сирии? Этот вопрос должен задавать не я, а наш премьер-министр и его министр обороны. К сожалению, именно Либерман в бытность главой МИДа с необъяснимым упорством высказывался за «более сбалансированную» внешнюю политику Израиля и его сближение с Россией. Сегодня Либерман что-то сбивчиво говорит о продолжении противостояния Ирану. Но опасен не сам Иран а его поддержка Россией. Мы не слышали ответа Либермана его российскому коллеге, который сразу после крушения «Ил-20» обрушился с грубыми нападками на Израиль. Не было и принципиальной реакции министра обороны на выступление Конашенкова и «программу Шойгу».             

Нетаниягу – прекрасный дипломат. Нельзя винить его за попытки «по-хорошему» решить с Путиным вопрос о пребывании иранских войск в Сирии. Но сегодня от Нетаниягу требуется не красноречие, не гибкость, а твердость. Это качество не относится к его достоинствам.
 

В столь напряженный момент почему-то молчит друг Израиля Трамп. Хотелось бы по крайней мере от наших лидеров услышать их оценки создавшейся ситуации.  










    

суббота, 15 сентября 2018 г.

25 лет обмана и самообмана

13 сентября 1993 года на лужайке у Белого дома Ицхак Рабин и Ясер Арафат под ласковым взглядом президента Билла Клинтона обменялись рукопожатием в знак примирения двух народов. Но началась новая волна кровавого террора...


После того как левые партии начали терять доверие избирателей, правые начали излагать историю «мирного процесса» весьма тенденциозно. В их изображении это было национальное предательство. Авигдор Либерман требовал суда над «архитекторами Осло». За этим наигранным пафосом скрывалось только  желание повысить рейтинг.  Правые не  более, чем левые, стремились к серьезному решению проблемы, которая была  главной для еврейского государства с момента его возникновения. Но эту проблему политики  забалтывали, из-за чего по сей день страдают граждане Израиля независимо от их идеологической позиции.

До возникновения государства сионистские лидеры могли ссылаться на отсутствие у них власти и откладывать решение вопроса о палестинских арабах на будущее. Без сомнения, линия левых в тот период определялась лицемерием. Ни Бен-Гурион, ни Каценельсон, ни Меир не считали целью сионизма построение еврейско-арабского государства. Уже в начале 1920-х годов, когда еще не было болтовни про «оккупацию» и «страдания угнетенного народа», в арабских погромах гибли сотни евреев. Но сионисты-социалисты разглагольствовали об общности интересов еврейских и арабских трудящихся и призывали к «сдержанной» реакции на нападения арабов.
 
Правые когда-то были последовательными. Жаботинский считал, что  не надо рассчитывать на появление у арабов любви к евреям, в связи с чем призывал отделиться от соседей «железной стеной» - военной силой.
 
В 1947 году вопрос о взаимоотношениях евреев и арабов принял конкретный характер. Историческая Ассамблея ООН предложила план раздела Палестины и создания на ее территории еврейского и арабского государств. Можно понять моральную позицию Бегина, который яростно возражал против дележа крохотной территории, которую мировое сообщество оставило для «еврейского национального очага» после первоначальных обещаний. Но следует понять, что именно с этого момента критерием оценки действий  еврейских лидеров становится реализм их мышления.
 
Импонирует тогдашний романтический максимализм Бегина. Но нельзя осуждать Бен-Гуриона, который решил, что надо идти на компромисс ради единственного за две тысячи лет шанса на возрождение еврейского государства. Можно было до XXI века напоминать мировому сообществу об обязательстве Бальфура 1917 года, о той обширной территории, которую в 1920 году на конференции Сан-Ремо обещали евреям. В 1947 году уже не было ни Лиги Наций, ни прежнего Ближнего Востока, разделенного между Англией и Францией.

Бен-Гурион был прав в том, что согласился на создание еврейского государства. Он был неправ в том, что не настоял на сохранении принципа раздела. В ходе Войны за независимость арабские страны пытались уничтожить еврейское государство, а большинство израильских арабов, следуя просьбе агрессоров, покинули Палестину, чтобы не мешать намечавшейся резне. Не надо было позволять им вернуться! В Декларации независимости Бен-Гурион обратился к израильским арабам с благодушными призывами к дружбе и сотрудничеству. В итоге Израиль стал двунациональным государством, арабская часть которого никогда не была лояльной.
 
Если бы после Войны за независимость в границах Израиля осталось немногочисленное арабское меньшинство, наша страна, возможно, подверглась международному давлению, но это было бы меньшим из зол. На Ближнем Востоке возникло более двух десятков арабских государств, и Израиль мог апеллировать к тому, что принял около миллиона еврейских беженцев из мусульманских стран. Что касается проблемы «палестинских беженцев», то, во-первых, ХХ век был эпохой вынужденного перемещения гигантских человеческих масс: на планете насчитывалось более 200 миллионов беженцев - и никто не поддерживал их требований о возвращении. Во-вторых, арабы всегда были кочевниками и редко жили подолгу на определенных территориях – в том числе и потому, что изгоняли с них друг друга. Король Ирака Фейсал I и иорданский монарх Абдалла I были беженцами из Саудии, где являлись законными наследниками шерифов Мекки. Никто о тех правах давно не вспоминает.
 
В вопросах об израильско-арабском территориальном размежевании, о беженцах невозможно оперировать абстрактными моральными категориями. Последнее столетие показало, что самое моральное – любыми способами прекратить вражду и насилие, дать возможность народам жить по своему разумению. Да и о какой морали можно говорить, если официальные арабские лидеры уже сто лет поддерживают террор и ведут об Израиле самые людоедские разговоры! Западные политики пресмыкались перед хозяевами арабской нефти и поддерживали ложь об агрессивности сионизма.

Второй раз возможность добиться подавляющего демографического перевеса появилась у Израиля во время Шестидневной войны. Многие арабы Иудеи и Самарии бежали, испугавшись наступления ЦАХАЛа. После того как Насер во всеуслышание призвал арабов сбросить евреев в море и начал осуществлять это намерение, Израиль имел право обезопасить себя. Поэтому на его стороне было мировое общественное мнение.  
 
Левые правительства не сумели воспользоваться победами в войнах с арабами. Но все же они исповедовали доктрину нанесения сокрушительного удара в ответ на любую арабскую агрессию и отказывались вести переговоры с террористами.
 
Первое мирное соглашение с арабами подписал не Рабин, а правое правительство в 1979 году. Надо понимать, что до Кэмп-Дэвида именно Египет был самым фанатичным и кровожадным врагом Израиля, с его территории совершались террористические рейды. Бегин расчувствовался при появлении в Иерусалиме египетского президента и не очень думал о том, сколько еще проживет Садат и долго ли Египет будет соблюдать свои обязательства. Но хуже этой интеллигентской доверчивости было то, что Бегин внес в текст мирного договора обязательство Израиля о предоставлении самоуправления «палестинцам». Именно из этого параграфа выросли Норвежские соглашения! 
 
Рабина и Переса правые обвиняли в том, что они пошли на переговоры с Арафатом. Но до 1993 года и «несгибаемый» лидер Ликуда Шамир вел переговоры с палестинскими арабами. Он требовал, чтобы в них участвовали не тунисские паханы, а арабские лидеры с территорий. Можно подумать, он не понимал, что Фейсал Хусейни и Ханан Ашрауи высказывают «свое мнение» только после звонков Арафату.
 
Соглашение Осло не было преступлением, как не был преступлением Кемп-Дэвид. Преступлением был бы отказ израильских лидеров от любых попыток положить конец войнам и террору, от которых погибли тысячи евреев.
 
Рабин, в отличие от Бегина, который сразу вернул Египту весь Синай, начал с испытательного срока: «Сначала Газа и Иерихон». И в дальнейшем он и Перес отдавали под юрисдикцию автономии только арабские города, но не разрушили ни одного еврейского поселения – как поступил Бегин с Ямитом, а позже Шарон с Гуш-Катифом.

Рабин виноват не в том, что решился на переговоры с главой ООП, а в том, что забыл свое обещание денонсировать договор с Арафатом после первого же теракта. Его безумная фраза об усилении террора по мере продвижения мирного процесса стала поворотным пунктом в политической карьере Рабина и стоила израильтянам многих жертв...
 
Но тут надо вспомнить, что именно Шамир создал прецедент бездействия Израиля после ударов арабов. Во время первой войны в Персидском заливе Шамир поддался на уговоры Буша-старшего и не ответил на ракетные обстрелы, «чтобы не разрушить антииракскую коалицию», в которую входили и арабские страны. Коалиция вскоре распалась, Буш не решился взять Багдад. А поведение Шамира убедило Арафата в том, что Израиль уже «не тот» и против него можно нагло сыграть ва-банк. (Впоследствии обстреливать ракетами Израиль стали террористы «Хизбаллы» и ХАМАСа).
 
Без сомнения, не может быть двух оценок поведения Рабина и Переса при вакханалии террора. Это трусливая позиция Нобелевских лауреатов, не решившихся признать, что третий лауреат их надул и убивает евреев с большей жестокостью и интенсивностью, чем прежде. Это попустительство террору вызвало смятение и отчаяние у израильтян, именно оно стало причиной трагедии на Площади Царей Израиля.
 
Но не надо противопоставлять «капитулянтам» Рабину и Пересу «принципиального» Нетаниягу. На выборах 1996 года молодой лидер Ликуда уверял, что он за «надежный мир» (которого нет до сих пор). Став премьер-министром, Нетаниягу обнялся с Арафатом и патетически заявил, что обрел друга! Вскоре Нетаниягу отправился в США и подписал Соглашение Уай, согласно которому отдавал ПА еще 13% территорий. К счастью, правительство пало и не выполнило этого договора.
 
Тем не менее именно при власти правого лагеря в израильском политическом лексиконе окончательно закрепился термин «палестинцы», позволявший никогда не существовавшему народу требовать «суверенитета». Это лингвистическое малодушие ознаменовало поражение Израиля в информационной войне.
 
Провал инициативы Эхуда Барака, предложившего Арафату полный уход Израиля к границам 1967 года, окончательно продемонстрировал, что причина террора – не «оккупация», а фанатичная ненависть арабов к евреям, имеющая религиозные корни. Несмотря на это, Нетаниягу, вернувшись в кресло премьера, произнес свою программную речь о двух государствах для двух народов. Следует напомнить, что Рабин и Перес, которых сегодня называют предателями, в 1993 году ничего не говорили о «палестинском государстве».
 
В последние годы Израиль столкнулся с «интифадой ножей», развернувшейся в Иудее и Самарии, и не прекращающимися атаками из Газы. Эффективного ответа у наших лидеров нет, потому что продолжаются вранье и демагогия.
 
Левые давно надоели избирателям требованиями о «немедленном возобновлении переговоров». С кем они их собираются вести? Рабин, Перес, Барак, Ольмерт, Ливни много говорили с руководителями автономии, но не приблизили страну к миру. Да и «центрист» Яир Лапид начинал карьеру с проникновенных речей о том, что «мы не можем оставлять в наследство детям войну и террор». Эта была такая же левая глупость, как его же упреки правому правительству по поводу ухудшения отношений с Турцией. Вражду, войну, террор порождаем не мы, а фанатики, заправляющие в исламском мире и не желающие честного диалога с еврейским государством.  
 
«Проект Осло» давно забыт. Западный мир стесняется вспоминать своего недавнего любимца Арафата. Мечты о «новом Ближнем Востоке» развеялись. Пора возвращаться к реальности.
Реальность состоит в том, что в Газе правит ХАМАС – союзник Ирана, а агонизирующий в Рамалле Абу-Мазен – никакой не «прагматик», потому что был правой рукой Арафата и автором нацистских «теоретических» работ. Иран предпринимает огромные усилия для расширения своей сферы влияния на Ближнем Востоке. Только страх перед Ираном – а не «умеренная позиция» - заставляет некоторые арабские страны заигрывать с Израилем. Реальность состоит в том, что значительная часть израильских арабов идентифицируют себя с «палестинскими братьями» и поддерживают враждебные Израилю государства. Какой стратегии должна придерживаться наша страна в этой ситуации?   
 
В левом лагере сегодня нет лидеров, способных отказаться от лексикона 1990-х годов. Затянувшийся самообман или прогрессирующая шизофрения заставляют их бубнить прежнюю чушь о прекращении «оккупации» и предоставлении свободы террористическим режимам Рамаллы и Газы. Но это болтовня маргиналов, давно лишившихся реальной силы. Реальный вред причиняет стране лицемерие правых, находящихся у власти.
 
Большинство правых тоже давно занимаются самообманом. Они уговаривают себя и соотечественников в том, что решение «палестинской проблемы» не обязательно: надо продолжать «жить как жили». Они уверяют общество, что Нетаниягу ведет тонкую дипломатическую игру и на самом деле тормозит процесс уступок арабским соседям.
 
На самом деле при правых правительствах Израиль живет не так, как раньше! На словах наши лидеры не признают ХАМАС, но на деле периодически ведут с ним переговоры. В обмен на милостивое согласие ХАМАСА на непродолжительное «затишье» Израиль освобождает из тюрем тысячи опаснейших террористов. Эти сделки утверждаются правительствами, в которые входят все наши правые партии. Вот и последнее обострение ситуации в Газе привело к «внезапному» отказу ХАМАСа почти от всех насильственных акций. Естественно, была договоренность, а обозреватели предсказывают заключение долгосрочного соглашения с террористами...
 
Правые обманывают общество, потому что за 25 лет перешли на позиции левых. Нетаниягу принципиально не возражает против палестинского государства. Либерман, клявшийся, что став министром обороны, уничтожит ХАМАС, пасует перед ним. Он выдвинул детскую теорию «кнута и пряника» в отношении жителей территорий. Там некого поощрять за «хорошее поведение», но Либерман предложил увеличить в два раза площадь Калькилии!
 
Сегодня общим местом у правых идеологов стал призыв к созданию коалиции с «умеренными» арабскими государствами, которые заключат с нами мир ради замечательных израильских технологий. Но это же возвращение к утопии Шимона Переса о «новом Ближнем Востоке»!
 
Прорывается ли сквозь болтовню и вранье наших политиков хоть что-то похожее на реализм и стратегию?
 
Давно ясно, что дружбы и любви с соседями у нас не предвидится. Тянуть время очень опасно: Израиль периодически снижает агрессивность террористов беспринципными уступками. Как можно обеспечить безопасное будущее еврейского государства? 
 
Радикальное решение проблемы – трансфер. Но время для подобных действий давно упущено, на них не решится ни один израильский лидер. «План Либермана» по добровольному обмену территориями и населением не только фантастичен, но и предусматривает отказ Израиля от значительной части Галилеи!
 
Можно признать, что на определенной части контролируемых территорий евреи не живут и не собираются жить, - и создать там арабское государство. Но проблема тут не в идеологических возражениях. Размещение на маленьком клочке земли нескольких миллионов человек вызовет там невероятную скученность. Надежды представителей Ликуда и НДИ на превращение этого государства в Сингапур – смесь демагогии и идиотизма. Насколько опасны нищие соседи, лишенные надежд, мы видим на примере Газы.
 
По смутным высказываниям соратников Дональда Трампа о его «мирном плане» можно предположить, что президент США хочет задействовать в территориальном размежевании Египет и подарить новому арабскому государству кусок Синая, который из Каира все равно невозможно контролировать. Возможно, именно в ожидании предстоящего американского откровения Нетаниягу и Либерман не решаются на жесткие действия против ХАМАСа и склонны трактовать как ДТП наезд на израильтянку в Самарии со смертельным исходом.
 
Конечно, впервые вашингтонская администрация так симпатизирует Израилю и так бескомпромиссно защищает его интересы. Но израильские лидеры уже вышли из возраста юношеских иллюзий и должны знать, что государствам надо самим решать свои судьбы, а не ждать благодеяний доброго дядюшки. Оттягивая принятие собственных решений до обнародования «плана Трампа», можно дождаться новых президентских выборов в Америке. Кто способен предсказать их результаты?..           
 


 

вторник, 28 августа 2018 г.

Некультурная Америка. Часть 3

Ни один город мира не сравнится с Нью-Йорком по количеству крупных художественных музеев. Когда-то богатейшие люди Америки состязались в строительстве фешенебельных особняков, которые украшали произведениями искусства. Многие такие коллекции превратились в музеи. Эта традиция стала неотъемлемой частью национальной культуры. Сегодня бюджеты американских музеев пополняются не столько государством, сколько частными спонсорами, различными фондами.



Коллекция Фрика

Так называют замечательную галерею на уже упоминавшейся Музейной миле на Манхэттене.
Генри Фрик (1849-1919) в 30 лет стал миллионером, в 40 – президентом стальной корпорации «Карнеги стил». По мере увеличения своего состояния он улучшал «жилищные условия» и расширял коллекцию произведений искусства. Последняя резиденция Фрика - красивый особняк на 5-й авеню. По его завещанию, он стал музеем, который открылся в 1935 году.
 
Трудно найти более комфортное место для наслаждения искусством! Экспонаты расположены на одном этаже – не надо бегать по лестницам или ждать лифта. Планировка элегантного особняка, антикварная мебель, декор проникнуты удивительным вкусом. Здание соразмерно человеку, который не испытывает тесноты, но и не теряется – как в больших музеях - в огромных залах и анфиладах.
 

А главное – в Коллекции Фрика собраны только шедевры! И находятся они на расстоянии вытянутой руки: Мемлинг, Тициан, Беллини, Брейгель, Ван Дейк, Веласкес, Гойя!
 

Основу собрания составляют картины старых мастеров, но представлены тут и художники более поздних эпох, в том числе импрессионисты.

Ганс Гольбейн Младший запечатлел для потомков Томаса Мора. Спокойное лицо человека, уверенного в своей правоте. Задумчивый взгляд устремлен вдаль – он словно предвидит трагическое столкновение вдохновенной утопии и жестокой реальности... 



В небольшом музее три работы Вермеера и три – Рембрандта! Величайший голландский художник написал много своих автопортретов. В молодости он изображал себя  красивым, щеголеватым, полным оптимизма. С «Автопортрета» из Коллекции Фрика смотрит усталый, немало испытавший  пожилой человек - «во многом знании много печали»... Эта изумительная картина сравнима только с автопортретами Рембрандта в Лувре и Лондонской галерее.


Энгра считают большим мастером, но при этом - рассудочно-холодноватым. Поэтичный «Портрет Луизы де Брольи Оссонвиль» показывает, что его, как и других «академиков», заставляла оттаивать женская красота.



Немецкая галерея двух евреев

В пределах Музейной мили находится еще один элегантный особняк. Он построен в эклектичном, но красочном стиле боз-ар, разработанном в парижской Школе изящных искусств в конце XIX века. Здание стало музеем благодаря тому, что в 1960-е годы в Нью-Йорке познакомились два коллекционера.

Серж Сабарски (1912-1996), сын еврейских эмигрантов из России, вырос в Вене. Спасаясь от нацистов, перебрался в США, где стал успешным арт-дилером. Более молодой Рональд Лаудер (родился в 1944-м) унаследовал огромную компанию своей матери «Эсте Лаудер». Был политиком, дипломатом (в первую каденцию Нетаниягу он склонял премьера к миру с Сирией), главой Всемирного еврейского конгресса. Миллиардера Лаудера, не чуждого искусству, увлекла идея Сержа – создать в Нью-Йорке уголок культуры немецкоязычной общины.
 

Единомышленники собрали прекрасную коллекцию австрийских и немецких модернистов. Лаудер купил особняк на 5-й авеню, получивший название Новой галереи (по-немецки Die Neue Galerie). До ее открытия в 2001 году Сабарски не дожил.
 

Входя в галерею, оказываешься в блестящей обстановке Берлина или Вены начала ХХ века. Тебя встречает учтивый швейцар и направляет в сторону экспозиции. По дороге туда замечаешь вывеску «Кафе Сабарски» - там можно оценить изысканные блюда венской кухни.
 




На первом этаже – работы великих австрийских экспрессионистов Климта, Шиле, Кокошки. Всеобщее внимание приковано к знаменитой картине Климта «Портрет Адели Блох-Бауэр I». Лаудер купил «Золотую Адель» в 2006 году за 135 миллионов долларов!


«Автопортрет» Шиле – одна из лучших работ любимого ученика Климта.




На втором этаже - работы немецких экспрессионистов и абстракционистов: Бекман, Дикс, Гросс, Клее, Кирхнер, Кандинский, Явленский. Великолепное полотно Кирхнера «Уличная сцена в Берлине» Лаудер приобрел за 38 миллионов...




Я еще не упоминал, что при всех американских музеях работают магазины, в которых можно приобрести не только альбомы репродукций, но и различные тематические сувениры. Цены вполне приемлемые (в Израиле такая продукция бывает и дороже). Уютный магазинчик в Новой галерее относится к лучшим среди увиденных в США.            

Бруклинский музей

В Бруклине находится один из крупнейших музеев мира! Он открылся в конце
XIX века – когда Бруклин, еще не поглощенный Нью-Йорком, был третьим по величине городом США. В ту эпоху серьезный музей не мыслили без древностей, благодаря этому немногие собрания могут сравниться с бруклинской египетской коллекцией. Но и другие разделы музея содержат подлинные сокровища. 
 


Уже на первом этаже бросается в глаза концептуальный подход к формированию экспозиции. Здесь расположен «Голубой зал». Все его экспонаты подобраны только по цвету! Изготовленные в Голландии, Германии, Англии фаянс, фарфор, стеклянная посуда, а также индийские скульптуры, европейские живописные полотна выдержаны в голубых тонах. Даже у Мадонны на средневековой картине часть одежды – голубая.
 

Отличается по цвету только странная инсталляция из висящих канатов с огромными узлами. Оказывается, это отсылка к древним южноамериканским цивилизациям, представленным в залах музея. Инки пользовались непонятными веревочками с узлами – «кипу». Это была заменявшая письменность мнемоническая и счетная система, лежавшая в основе административного управления, ведения хозяйства и до сих пор не разгаданная. Возможно, смысл инсталляции в «Голубом зале» - напомнить о еще не познанных связях между культурами разных народов...
 


Концептуально организована и прекрасная коллекция европейской живописи на третьем этаже. Картины художников разных стран и эпох сгруппированы тематически. Например, на одной стене размещены пейзажи: Коро, Курбе, Клод Моне и... «Березки» Абрама Маневича. Этот талантливый художник (1881-1942) учился в Киеве и Мюнхене, на основе кубизма выработал свою оригинальную манеру. Выставлялся в Париже. В 1919 в Украине трагически погиб его сын, после чего Маневич эмигрировал в США. Там его ценили. Поклонником живописца был Эйнштейн! Он писал Маневичу: «Мы оба служим звездам. Вы – как художник, я – как ученый».         


На другой стене размещены батальные полотна - из истории американской революции и европейских войн. Окаймляют эту подборку две огромные картины Василия Верещагина: «Путь военнопленных» и «Привал военнопленных». Обе написаны в конце 1880-х годов по впечатлениям русско-турецкой войны. «Привал» не уступает по экспрессии, антимилитаристскому пафосу лучшим картинам художника: где-то в горах жалкие фигурки в шинелях теряются в вихрях зимней бури – обессиленные люди зарываются в снег, и многие там замерзнут...
 

В экспозиции «Светский портрет» с Гойей соседствует голландец  XVII века Якоб Гюисманс, а рядом с великим Хальсом – Ян Корнелис Вермейн, его соотечественник, живший веком раньше. На мой взгляд, его картина превосходит остальные полотна в этом ряду по мастерству и психологической глубине.
 


К истокам земной цивилизации с трепетом приближаешься в залах древнего Египта и Ближнего Востока. Египетская коллекция Бруклинского музея огромна, но и здесь видно стремление работников музея выстроить экспозицию нестандартно, внести в нее концептуальное начало.
 

Озадачивает название одного из разделов: «Гендерные трансформации»?! Тут можно увидеть изображение женщины, ставшей фараоном, и узнать о сложных верованиях древних египтян, считавших, что переселяться могут только души мужчин, но не женщин.
 

Очень впечатляет «Зал мумий». Здесь хранятся свитки из Книги мертвых – сборника гимнов, заклинаний, молитв, которые помещали в гробницы для облегчения умершим пути к воскресению. Один из свитков длиной примерно в десять метров!


Мне – при моем хобби – было интересно увидеть в этом зале древнюю игру «сенет», напоминающую шашки или шахматы. Ее тоже клали в саркофаг: считалось, что для попадания умершего в загробное царство он должен был обыграть его стражей.
 


Пятый этаж гигантского здания знакомит с историей американского искусства. Опять же экспозиция очень оригинальна, начиная с названия: «Жизнь, смерть и изменения в Америке». Каждый зал демонстрирует определенный этап развития американского социума и его искусства: «Первые люди в Америке», «От колонии к государству».
 

«Ландшафт новой нации» - это зал пейзажей рубежа XVIII-XIX века. Дело в том, что после завоевания независимости американцы совершенно не знали своей страны. Ведь еще не было ни фотографии, ни кино, ни телевидения. О реках и озерах, горах и долинах, расположенных на огромных просторах, могли рассказать только художники.
 

После парадных портретов отцов-основателей и величественных романтических пейзажей невольно улыбаешься в зале «Наблюдения и мифы». Это бытовые зарисовки, иногда даже натуралистические, но часто весьма забавные. «Зимние сценки в Бруклине» Фрэнсиса Гая выписаны с репортерской тщательностью. Этот художник любил рисовать соседей, иногда даже указывая их имена. Что-то вроде нашей Зои Черкасской, но без злых обобщений...
 


Переходя из зала в зал, знакомишься с американскими художниками начала ХХ века, а затем – и нашими современниками.
 

Пожалуй, логика повествования подсказывает, что пора рассказать о нью-йоркских музеях современного искусства.

МоМА

Название расшифровывается просто:
Museum of Modern Art – Музей современного искусства. Создан при содействии семейства Рокфеллеров. Открылся 7 ноября 1929 года – через несколько дней после катастрофы на Уолл-стрит...

Этот музей был одним из первых в мире собраний современного искусства. С тех пор не прекращаются дискуссии о том, что считать современным искусством. В МоМА выставлены такие шедевры как «Звездная ночь» Ван Гога, «Танец» Матисса – это уже давно классика. Не менее знаменитые картины -  «Авиньонские девицы» Пикассо и «Постоянство памяти» Дали – тоже вызывают снисходительные улыбки у тех, кто восхищается последними художественными «изобретениями». Тем не менее большинство посетителей не игнорируют 5-й этаж МоМА, где «современное искусство» начинается с импресссионистов.
 





О том, что в МоМА я попал в «бесплатный день», упомяну не для того, чтобы похвастать своим практицизмом. Этот музей – один из самых посещаемых не только в Нью-Йорке, но и во всем мире.  По случаю бесплатного допуска вдоль улицы выстроилась километровая очередь. За 20 минут до открытия музея всех до одного желающих пустили внутрь. Любители искусства разумно распределились по этажам, осматривали экспозицию музея в разной последовательности – никакой давки не было. Четкая организация, культурная публика...
 

В МоМА много интереснейших выставок. Для меня открытием стала экспозиция скульптур Константина Бранкузи (1876-1957), румына, не оцененного на родине и прославившегося во Франции (там  его называют БранкузИ). Он всю жизнь шел от правдоподобия к условно-обобщенным формам, считается одним из основателей абстракционизма в скульптуре. Наиболее известна его «Птица в пространстве», хранящаяся в МоМА. Но меня чем-то тронул «Сократ»...
 


Коллекция живописи в МоМА просто фантастическая. Целые залы Матисса, Шагала, Пикассо, Магритта, Кирико. Здесь тоже ценят русских художников – есть целая подборка «Русский авангард», включающая Малевича, Родченко, Лисицкого, Степанову. А собрание работ Пикассо считается лучшим в мире!
 

Но все-таки это музей современного искусства, и здесь можно ознакомиться с искусством последних десятилетий. Понравились работы американца Филипа Густона (1913-1980). Он объясняет свое «несовременное» обращение к фигуративной живописи: «В 1960-е я почувствовал себя шизофреником. Абстрактное искусство – Поллок, Ньюман – перестало удовлетворять меня. Мир и так стал слишком абстрактным...». Конечно, реалистом Густона уже не назовешь, но эстетический разворот довел его где-то до сюрреализма.
 

Еще раз выскажу не слишком глубокую мысль о том, что при самых оригинальных идеях современных художников важным критерием ценности их произведений является оценка зрителя. В МоМА у одной из картин стояла толпа посетителей, снимавших ее с помощью сотовых телефонов. Такого ажиотажа я не видел ни в Лувре у «Моны Лизы», ни в Дрездене у «Сикстинской мадонны». Всеобщий экстаз вызвала «Звездная ночь» Ван Гога!






Музей современного искусства Соломона Гуггенхайма

Соломон Гуггенхайм (1861-1949) был сыном богатого швейцарского еврея. По семейной традиции занимался добычей и выплавкой цветных металлов. Приблизившись к 60-летнему рубежу, он отошел от дел и занялся коллекционированием произведений искусства. Будучи дилетантом, Соломон нанял в качестве эксперта баронессу Хиллу фон Ребай, художника и искусствоведа. Они приняли решение пропагандировать «непредметное искусство», начиная с Кандинского и Мондриана. В 1937 году собрание превратилось в Фонд Гуггенхайма, который  открылся для публики на Манхэттене.
 

В 1943 году коллекции стало тесно в этом помещении. Проект нового здания, которое предстояло возвести у Центрального парка, почти напротив Метрополитен-музея, был заказан самому известному американскому архитектору того времени Фрэнку Райту. Он самодовольно сказал, что на фоне его детища «Мet» будет выглядеть сараем! Действительно Райт блеснул. Он предложил совершенно новое решение: 6-этажное здание в виде гигантских эллипсов  - его посетители должны подниматься на лифте сразу на последний этаж и затем осматривать экспозицию музея, спускаясь по спирали. Новое здание открылось в 1959 году и стало не только гордостью Музейной мили, но иконой Нью-Йорка.
 


Музей Соломона Гуггенхайма постоянно проводит огромные выставки. Часть коллекции размещена в филиалах в городах Америки и Европы. Возвращаясь к вопросу о современном искусстве, отмечу, что концепция «непредметного искусства», выдвинутая основателями музея, не выдержала проверки временем. В 1950-е годы для расширения круга посетителей  собрание музея начало пополняться фигуративными произведениями.  
 

Я попал в Музей Гуггенхайма, когда почти всё его пространство было занято выставкой скульптур Альберто Джакометти (1901-1966). Честно говоря, меня это не порадовало! Я всегда любил этого скульптора, но в таком количестве он подавляет. Меня не убеждают объяснения искусствоведов: одни говорят, что худенькие фигурки Джакометти отражают физическое истощение людей после Второй мировой войны, другие находят, что его теряющиеся в пространстве тоненькие персонажи передают пессимизм экзистенциалистов по поводу одиночества человека. На мой взгляд, скульптура должна сама пластическими средствами декларировать замысел ваятеля и не нуждаться в философском комментарии. Впрочем, я посягаю на основы концептуализма...
 




Короче, я немного отдохнул у более «греющих» экспонатов: «Красного баллона» Клее и «Голоса пространства» Магритта. После этого мне предстояло возвращение в мир «понятного» искусства.    
  





Метрополитен-музей

Я не могу предлагать тут подробный рассказ. Метрополитен-музей и без меня известен. Он огромен: памятники культуры всех континентов и эпох, более 2 миллионов только лишь произведений искусства!
 

Метрополитен-музей открылся в 1872 году, в 1880-м перебрался в нынешнее здание на 5-й авеню. Оно неоднократно расширялось и сегодня глубоко вторгается в Центральный парк. При основании музея его экспозицию составили несколько частных коллекций. Сегодня доля государства в бюджете музея составляет не более 10 процентов, он существует благодаря спонсорам и дарителям.
 


Главное, чем поражает Метрополитен-музей, это количество, помноженное на качество! В каждом разделе собрано множество ценнейших экспонатов. Например, в крупнейших музеях мира в залах Древней Греции можно увидеть десятки замечательных ваз. В Метрополитен-музее целые залы краснофигурной вазописи! Нанесенные на них изумительные, тончайшие рисунки так завораживают, что с трудом вспоминаешь, как много еще надо посмотреть на других этажах.




Уникальные экспозиции – и в других разделах, посвященных  шумерской, аккадской, ассирийской, вавилонской, хеттской культурам. Здесь собрано более 7000 экспонатов. Среди них и артефакты, найденные у Мертвого моря, - их временно «одолжил» Израиль. Этим предметам не менее семи тысяч лет.
 

Египетская коллекция музея – одна из лучших в мире. Отдельный зал вместил целую флотилию лодок из захоронений – на них богатые египтяне рассчитывали доплыть до загробного мира. Здесь же находятся свитки Книги мертвых – пожалуй, еще более длинные, чем в Бруклине.
 


Так же богаты другие коллекции. Азиатский отдел насчитывает более 35 тысяч экспонатов! В уникальной экспозиции оружия разных стран и исторических периодов – 14 тысяч предметов. В Метрополитен-музее такая коллекция одежды любых наций и эпох, что она названа Институтом костюма – в ней более 30 тысяч костюмов и аксессуаров.
 

За этой роскошью скрывается щедрость дарителей. Имена большинства из них фигурируют в экспозициях. В 2013 году Леонард Лаудер подарил музею свое собрание из 78  произведений кубистов, в том числе 33 картины Пикассо.
 

Cамостоятельный отдел музея составляет «Коллекция Роберта Лемана». Ее собирал около 60 лет и завещал музею еврейский финансист Роберт Леман (1891-1969), глава крупнейшего инвестиционного банка «Lheman brothers» (этот банк сыграл негативную роль в финансовом «обвале» 2008 года, но в этом не было вины Роберта). Именем Роберта Лемана названо целое крыло Метрополитен-музея, в котором размещено его собрание. "Музей в музее": 2600 произведений искусства XIV-XX веков: Рафаэль, Рембрандт, Эль-Греко, Гойя, Энгр, Клод Моне, Сера, Синьяк, Тулуз-Лотрек!
 

Я не видел музеев с такой коллекцией европейской живописи, как в Метрополитен-музее. Полнотой и богатством отличаются все разделы: Возрождение, Нидерланды, Голландия и Фламандия, Германия и Англия.

Нечасто увидишь в музее полотна Питера Брейгеля. Здесь находится один из его шедевров – «Крестьяне».


Порадовал меня любимый Лоренцо Лотто картиной «Венера и Купидон». На ней прелестный мальчуган... писает на богиню любви! Но тут нет художественного озорства или эпатажа – только сплошные аллегории. Венера изображена с диадемой и фатой невесты на фоне дерева, обвитого плющом – символом верности и вечной любви. Змея с древних времен была фаллическим символом, имеющим прямое отношение к данной ситуации. И, наконец, Купидон целится струйкой в миртовый венок – мирт олицетворял плодородие. В общем, в переводе на русский: совет да любовь!
 



Особо впечатляет раздел французского искусства: отборная классика, целая галерея Родена, а каждому известному импрессионисту отведен целый зал или даже несколько! Рядом с импрессионистами – как бы в укор – размещен зал реалистов: вот, мол, не шагали в ногу со временем, рисовали по старинке. Здесь висит великолепный портрет Гаршина кисти Репина. Импрессионисты импрессионистами, но русскому классику этой работы стыдиться не надо.
 

Насчет импрессионистов повторяться не буду. Во французских залах запомнилась гениальная картина Жака Луи Давида «Лавуазье с женой» (1788). Великого ученого его супруга потревожила в лаборатории, в момент работы над рукописью. Он озабоченно смотрит на нее: не слишком ли много занимается наукой, достаточно ли времени уделяет любимой женщине? Художник пророчески ощущал трагизм ситуации: через шесть лет по надуманному обвинению якобинцы отправят 50-летнего Лавуазье на гильотину... 
 


На третьем этаже располагается прекрасная коллекция американского искусства. Многие имена я уже знал. Понравилось патетической старомодностью полотно Эмануэля Готлиба Лойце «Переправа Вашингтона через реку Делавэр» (1851). Эта картина очень популярна в США – типа суриковского «Перехода Суворова через Альпы».


Завершу рассказ о Метрополитен-музее замечаниями практического порядка. Я уже упоминал музейные магазины. Здесь есть большой, очень богатый  магазин, а кроме него на других этажах возле важнейших разделов или выставок открыты книжные киоски, предлагающие альбомы и сувениры данной тематики.
 

Еще одно замечание. В израильских музеях очень дорогие, но бестолковые буфеты. В американских музеях достаточно дешевые кафетерии, где можно нормально пообедать при длительном пребывании в храме искусства.
 

Осталось упомянуть, что билет в Метрополитен-музей содержит отрывную наклейку, по которой можно посещать в течение трех дней и сам музей, и два его замечательных филиала.       

«Мет-Бройер»

Этот филиал Метрополитен-музея, используемый для выставок, находится на соседней Мэдисон-авеню. Он назван в честь венгерского еврея Марселя Бройера, архитектора и дизайнера, в молодости преподававшего в «Баухаузе», а затем работавшего в ФРГ и США. В 1960-е Бройер построил это здание, резко отличающееся кубистическими формами от фешенебельной застройки Верхнего Ист-Сайда.
 

Я попал на вызвавшую фурор выставку «Одержимость: обнаженные Климта, Шиле и Пикассо». Здесь представлены 50 эротических рисунков, акварелей, графических листов знаменитых художников.
 

Всё это работы из коллекции Скофилда Тайера (1889-1982). Эстет, журналист, поэт, в 1920-е годы он редактировал авангардистский журнал, который иллюстрировал модернистской живописью.
 

Тайер испытывал сложные душевные проблемы и лечился в Вене у Фрейда. Там увлекся творчеством Климта и Шиле. В Европе он сразу оценил гениальность Пикассо.
 

Тайер был состоятельным человеком, но его возможностей хватило в основном для приобретения рисунков этих художников. В 1924 году он устроил их выставку в музее родного города Вустера в штате Массачусетс. Организаторы несколько работ не приняли, сочтя их неприличными. Тайер обиделся и тайно составил завещание, в котором отписывал свою коллекцию Метрополитен-музею.
 

В конце 1920-х состояние Тайера резко ухудшилось, и его поместили в психиатрическую клинику, где он находился до конца своей долгой жизни. После его смерти руководители музея Вустера не сомневались, что он обогатится ценнейшей коллекцией. Но их настигла запоздалая месть! И вот теперь Метрополитен-музей устроил выставку эротических рисунков великих художников - двух экспрессионистов и одного кубиста.
 

Сегодня эти работы никого не шокируют и привлекают публику. Эротическая тема раскрыта в стиле Климта, Шиле и Пикассо.




После этой выставки вполне естественно было посетить более благочестивое место. Им стал другой филиал Метрополитен-музея.     

«Клойстерс»

Этот филиал находится довольно далеко от 5-й авеню, на севере Манхэттена.  Музей на высоком берегу Гудзона, стилизованный под средневековый замок, и живописный парк вокруг него были созданы на средства Джона Рокфеллера в конце 1930-х годов. Для строительства здания из Европы были доставлены аутентичные архитектурные детали. В музейный комплекс входят клуатры (крытые галереи, по английски – cloisters), целиком вывезенные из пяти французских монастырей  XII-XV веков!
 



Музейные залы оформлены, как церковные помещения. В них размещена коллекция, также подаренная Рокфеллером. Она состоит из 5000 произведений романского и готического искусства: картины, скульптуры, гобелены, витражи,  книги из пергамента с изумительными рисунками, изделия из слоновой кости и янтаря.  Наиболее ценные экспонаты музея – цикл гобеленов «Охота на единорога» и «Алтарь Мероде». 




"Алтарь Мероде" представляет собой триптих на тему Благовещения, созданный в мастерской Робера Кампена. Многие работы этого замечательного нидерландского живописца первой половины XV века до последнего времени приписывались условному «мастеру из Флемаля», которого искусствоведы в конце концов отождествили с Кампеном.

                                                                                *****

С удовлетворением могу отметить, что мне удалось побывать практически во всех лучших художественных музеях Нью-Йорка, Бостона и Филадельфии. Буду очень рад, если эти заметки подвигнут кого-то из интеллигентных читателей повторить мои маршруты и они испытают такой же духовный подъем.
Только поэтому я позволил себе навязать посетителям моего сайта описание пятнадцати музеев. Очень благодарен им за терпение и благожелательные отзывы.