среда, 24 января 2018 г.

Театральный роман Нахума Цемаха

Спектакль «Цемах», поставленный Михаилом Теплицким в «Габиме», предназначен для зрителя интеллигентного, для которого посещение театра – не просто тешащее самолюбие времяпрепровождение, а возможность разобраться в предложенном ему эстетическом коде, поместить увиденное на сцене в правильный культурный контекст. Уникальность этого спектакля – в том, что его героями являются не только персонажи пьесы, но... сам зал, в котором находится публика, и сам театр, в котором всё происходит!




Дело в том, что в «Габиме» играется спектакль об истории «Габимы», а названия залов Ровиной, Мескина, Бертонова напоминают о легендарных личностях, которых мы видим на сцене.
 
Каждый культурный израильтянин знает, что «Габима» родилась в Москве, а потом перебралась в Эрец-Исраэль и постепенно заслужила имя Национального театра. Но за этой простой до банальности сионистской историей кроются человеческие судьбы, бурление страстей, мечты и разочарования, столкновения амбиций – без чего не бывает настоящего театра.
 
Идея пьесы о «Габиме» родилась у Бориса Ентина, доктора искусствоведения, работавшего с архивами театра. Этот замысел материализовал режиссер Михаил Теплицкий.
 
Нахум Цемах был создателем, вдохновителем, идеологом «Габимы». Преподаватель иврита, он мечтал о превращении его в язык возрожденной еврейской культуры, в язык театра, который будет показывать свои спектакля на библейской земле. Цемах сформировал первую труппу «Габимы», добился встречи со Станиславским, который предложил руководить ивритским театром одному из своих лучших учеников Вахтангову.
 
Хотя первые постановки «Габимы» потрясли театральную Москву, большевистскому руководству не мог нравиться театр, проникнутый духом «буржуазного национализма». Устав от доносов Евсекции, «Габима» отправилась на гастроли в Европу и США. Успех был огромным, но актеры спешили в Тель-Авив. Нахум Цемах остался с женой, актрисой Мирьям Голдин,  в Америке. В Палестину он прибыл позже, и труппа «Габимы» встретила его холодно. Ему не простили измены. Но что было гораздо трагичней для него – бывшие ученики выросли и уже не видели в нем  беспрекословного лидера...
 
Композиционный стержень спектакля – письма Цемаха (актер Гиль Франк), которые он шлет своей жене. Каждое из них – отдельная драма. Эти маленькие сюжеты встроены в главную фабулу – историю становления театра и эволюцию отношений его труппы с Цемахом.
 
Теплицкий любит интеллектуальную драматургию, но до конца не полагается на вербальность и предпочитает визуальный, пластический язык яркого театрального зрелища. Сцены обсуждения «Габимы» в Евсекции, встреча Цемаха со Станиславским, визит к всемогущему комиссару по делам национальностей Иосифу Сталину выдержаны в духе советской театральной сатиры 1920-х годов и одновременно проникнуты той любовью к острой, динамичной форме, которую прививал своим ученикам великий Вахтангов. Наверняка кто-то воспримет изображение Евсекции как плоскую карикатуру – но, увы, такими и были еврейские бюрократы-пролетарии...
 
Пластический лейтмотив спектакля – сцены из знаменитого спектакля «Габимы» московского периода «Вечный жид» по пьесе Давида Пинского. Они напоминают о самобытном, неповторимом стиле ранней «Габимы», но служат и развитию драматического конфликта. Главную роль в том спектакле играл Цемах. Его героя соплеменники, жители древней Иудеи, называют лже-пророком – как печально это перекликается с тем приговором, который услышит Цемах от своих бывших учеников и единомышленников!..
 
Михаил Теплицкий поставил очень интересный, стилистически многослойный спектакль. Важную роль в его оформлении сыграла Полина Адамова, виртуозно использовавшая крохотную сцену зала «Бертонов» и создавшая красочные, очень экспрессивные костюмы. Композитор Евгений Левитас, как всегда, создает великолепную музыкальную драматургию. Динамика спектакля, изысканная пластика движения – заслуга Лены Розенберг.  Художнику по свету Зиву Волошину удается передать ностальгическую отстраненность от нас далекой эпохи и таинство рождения большого искусства.
 
Один из компонентов концепции спектакля – актерский ансамбль, в котором опять же есть главный авторитет и его более молодые, но творчески самостоятельные партнеры. Роль Цемаха режиссер доверил Гилю Франку, одному из лучших актеров израильского театра. Он сильными, точными мазками создает портрет талантливой, духовно богатой и трагической личности. Молодые актеры  выдерживают соседство с большим мастером, создавая по нескольку непохожих друг на друга образов – известных деятелей «Габимы» и их современников. Юваль Шломович и Дана Ядлин, как и Гиль Франк, входят в сегодняшнюю труппу «Габимы», Дима Росс, Ори Леванон, Хадас Эяль давно работают с Теплицким в театре «Маленький.
 
Спектакль «Цемах» - замечательный подарок к 100-летию «Габимы». Жаль, что Израиль забывает свои «русские» корни не только в искусстве, но и во многих других областях.  Для прекрасной работы Теплицкого скуповато отвели самый маленький зал театра. Но, перефразируя Станиславского, не бывает маленьких залов для хороших режиссеров и актеров! В этом могут убедиться и "русские" зрители на февральских спектаклях «Цемаха».

Фото: Марк Цав    
     

вторник, 23 января 2018 г.

Битва карликовых партий под знаменами прогресса и духовности

Демонстрации против Закона о торговле по субботам – нормальное явление израильской жизни. Демонстративное субботнее кофепитие Либермана и Ландвер в Ашдоде – безвкусный политический трюк. Самые оголтелые высказывания в русском ФБ об ультраортодоксах – это не борьба с клерикальным засильем, а убогий черносотенный антисемитизм.

Ашдод наиболее активно откликнулся на принятие кнессетом Закона о торговле по субботам. Мэр города уже посылает инспекторов штрафовать владельцев магазинов, которые нарушают запрет. В свою очередь, светские жители Ашдода проводят демонстрации протеста против покушения ультраортодоксов на статус-кво и требуют отставки главы муниципалитета.
В субботу сюда прибыли лидер Еш атид Яир Лапид и министры от НДИ Авигдор Либерман и Софа Ландвер. Либерман и Ландвер посетили торговый центр, демонстративно заказали кофе, хлебнув которого, министр обороны подверг критике коалицию за принятое решение. Он сказал, что он и его партия уважают еврейские традиции, но против того, чтобы в демократическом государстве одна часть общества диктовала другой, как ей жить. По словам Либермана, принятие Закона о торговле по субботам раскалывает страну и это очень опасно.
 
Страсти разгораются. Ответственная сотрудница ашдодской мэрии обвинила в организации беспорядков «гойские» партии, которые под личиной израильских оскорбляют еврейские традиции.  «Мы пережили Гитлера и Сталина – переживем и вас», - эти ее слова могли быть адресованы только «русским» жителям города. Выходцы из бывшего СССР, обличая ультраортодоксов, тоже за словом в карман не лезут: чтобы послушать их, не обязательно ездить в Ашдод - достаточно заглянуть в социальные сети.
 
После визита Либермана в Ашдод Дери объявил, что разрывает с ним отношения. ШАС и Яадут ха-Тора считают, что премьер-министр должен сделать внушение министрам от НДИ за беспрецедентное для израильских политиков осквернение субботы.
 
Наверняка не стоит верить вялым пророчествам «либеральных» СМИ, которые заговорили о «гражданской войне». Они, конечно, рады появлению еще одного повода для нападок на правительство Нетаниягу, но прекрасно знают, что антиклерикальная риторика всегда усиливается перед выборами и остается только риторикой. Политическая подоплека принятия Закона о торговле по субботам и шумного противодействия совершенно очевидна. Тем не менее у нынешних событий есть несколько составляющих, к которым надо относиться по-разному. 

До гражданской войны пока далеко...

Критическое отношение многих светских израильтян к ультраортодоксам – совершенно легитимное проявление демократии. За справедливое распределение гражданских обязанностей выступают не только отъявленные леваки, но и разумная часть религиозного лагеря. Если в Иерусалиме или Бней-Браке трудно сдерживать агрессивность харедим, то в таких городах со смешанным населением, как Ашдод, светское население болезненно реагирует на попытки ультраортодоксов ограничивать их какими-то запретами.
 
Суббота – это самая поэтичная еврейская традиция. Многие неверующие израильтяне соблюдают субботу, зажигают свечи. Но сегодня в приказном порядке или на законодательном уровне заставлять людей выполнять все субботние предписания – нереально. Такие попытки замешаны на откровенном лицемерии. Известно, что заповеди надо выполнять целиком, а не «немножко». Ультраортодоксальные политики ополчились против магазинов, хотя прекрасно знают, что в субботу израильтяне готовят еду, пользуются лифтом, ездят на машинах, загорают на пляжах. Хорошо это или плохо, но реальность еврейского мира – сосуществование светских и религиозных соплеменников. Естественно, в еврейском государстве недопустимо торговать по субботам в религиозных кварталах. Но вряд ли правильно вводить столь жесткие запреты для обитателей светских районов.
 
Начнем с того, что Израиль – один из мировых центров туризма, и наша экономика  нуждается в значительном увеличении потока туристов. Туристам нужны рестораны и кафе, магазины и киоски (причем не только сувенирные), культурно-развлекательные заведения, транспорт  - обходиться без этого полтора дня в неделю гостям страны неинтересно.
 
По субботам я наблюдаю в своем Гиватаиме симпатичную мне израильскую привычку: многие жители города после нелегкой трудовой недели не хотят утруждать себя приготовлением завтрака  - а нередко и обеда – и идут всей семьей питаться в ближайшее кафе. Я не знаю, кому из ревнителей заповедей станет легче от того, что все кафе закроют и их посетители уйдут домой нарубать салаты и жарить омлеты и шницеля без участия шабес-гоев.
 
Не секрет, что к нееврейскому меньшинству в Израиле относятся не только арабы, чьи магазины открыты по субботам. Среди репатриантов есть «негалахические евреи», некоторые из которых имеют склонность к бизнесу. Что же, субботние инспекторы муниципалитета будут проверять паспорта у владельцев магазинов и кафе, выяснять, какая у них доля еврейских генов? При наличии нееврейской бабушки разрешат торговлю?
 
В принципе преувеличены и пафос ультраортодоксов, и крики светских израильтян о навязывании им чуждого образа жизни. До сих пор никто из них практически друг другу не мешал.  В самых светских городах в субботу работают только отдельные торговые точки – большинство закрыты. Машин на улицах очень мало, можно переходить дорогу в любом месте. Театры и кинозалы открываются на исходе субботы. Это и есть разумное статус-кво, замена которого стопроцентными запретами вызовет понятные протесты. 
 

Считается, что израильские политики должны способствовать общественному согласию. Поэтому даже те из них, кто не соблюдает шабат, не выносят этот факт на всеобщее обозрение. Либерман и Ландвер нарушили этот этический код из популистских соображений. ШАС с радостью откликнулся. Громкие протесты нужны обеим конфликтующим сторонам!

Разжигание вражды – последний шанс политических аутсайдеров

Кто главные участники нынешней шумихи из-за запрета торговли по субботам? Это ШАС и НДИ – две неуклонно ужимающиеся партии, превратившиеся в политических аутсайдеров, а нынче в большинстве опросов получающие 4-5 мандатов, что может сделать проблематичным прохождение электорального барьера на выборах в кнессет.
 
Лидер ШАСа Арье Дери после отсидки мучительно долго возвращался в большую политику и сразу опять «сорвался», стал подследственным. Закон о торговле по субботам ничего конкретного не дает его электорату, но разжигает неприязнь к «гоям», на каковой волне Дери надеется повысить свой рейтинг.
 
Точно так же действует и Либерман, партия которого за 18 лет не решила ни одной стратегической проблемы алии, а в прошлом году возмутила своих главных избирателей – пожилых репатриантов – добавкой к пособиям по старости в 31 шекель. (Сейчас НДИ обещает растянутый на четыре года процесс повышения пособий завершить досрочно уже в этом году – но беда в том, что  новая маленькая добавка тоже никого не осчастливит. И вообще в результате разрекламированной партией, но плохо продуманной «пенсионной реформы» добавки к пособиям получили в основном не репатрианты, а уроженцы страны!).        
 
НДИ, как и ШАС, пытается играть на разжигании ненависти – причем не только к «мракобесам», но и вообще к Израилю! Достаточно вспомнить последнюю избирательную кампанию: обслуживающие НДИ лакейские «русские» СМИ без конца публиковали какую-то дикую ересь о «русском Израиле», который отличается собственной (?!) особо высокой культурой и который в еврейском государстве недооценен и дискриминируется. Эти пропагандистские методы в 2015 году привели НДИ к провалу, но, видимо, по сей день партия не находит никаких других способов привлечь внимание избирателей.  
 
Когда сегодня партийные агитаторы зовут «русских» на баррикады, пугая угрозой религиозного диктата, репатриантам стоит задуматься: многие ли из них, прожив в Израиле 15-20 лет, делают покупки по субботам?
 
Как-то неубедителен спектакль: Либерман клеймит Дери, а тот проклинает бывшего друга. «Милые бранятся – только тешатся»...
 
«Принципиальное» решение о голосовании против Закона о торговле по субботам НДИ принял, прикинув, что это не помешает коалиции получить большинство. Сейчас Либерман путано объясняет, что по коалиционным соглашениям правительство не должно было инициировать законы, способные изменить статус-кво. Получается, что «нашей» партии плюнули в лицо, но она не вышла из коалиции, а спокойно утерлась!
 
На самом деле проблема взаимоотношений НДИ с ультраортодоксальными партиями не сводится к принятию или непринятию одного закона.
 
Принципиальность НДИ должна была бы проявляться в борьбе за справедливое решение главных социальных проблем Израиля. НДИ не протестует против того, что доступное жилье в Израиле получают только избиратели ШАСа и Яадут ха-Тора. НДИ не отстаивает права студентов, когда ультраортодоксы борются за усиление поддержки ешиботников. Если харедим выбивают для своего электората добавки к пособиям, то это не унизительные суммы в 31 шекель. Никто не забыл, как НДИ, вставая в позу борца с религиозным засильем, попросту надувал избирателей: так было с законом о гражданских браках, который когда-то партия клятвенно обещала пробить в течение нескольких месяцев.
 
Теперь «русских» хотят впечатлить тем, что Либерман поссорился с Дери! Всего несколько лет назад эта парочка вместе проталкивала религиозного кандидата в мэры Иерусалима. Подождем до новых муниципальных выборов – там НДИ и ШАС наверняка забудут про «ссору» их лидеров. Впрочем, не факт. Не случайно в прошлую субботу в Ашдод прибыли не только Либерман с Ландвер, но и воинствующий атеист Лапид, который понял, что пора уже нарушить обет молчания и явить себя народу. Еще перед прошлыми выборами Фаина Киршенбаум наивно призналась, что НДИ был не прочь создать общий блок с Еш атид и Кулану. Теперь, когда в некоторых опросах партия Лапида даже опережает Ликуд, а НДИ по-прежнему находится на последних позициях в рейтинг-листе, для Либермана союз с Лапидом – последний шанс опять получить один из «престижных» портфелей. Конечно, Лапид косит влево. Но и правые политики не пьют перед телекамерами кофе в торговых центрах в субботу. 

Соратнице Либермана вообще все равно с кем пить кофе. Софа Ландвер, состоя в Аводе, сиживала за одним столом с архитектором Осло Шимоном Пересом. Представляя "деловые"  интересы Григория Лернера, она наверняка выпила с ним немало бодрящих напитков, после чего с энтузиазмом призывала репатриантов покупать акции его липовой компании. Теперь линия на борьбу с «реакционерами»? Нет проблем!

Кого ненавидят «русские» антиклерикалы?..

НДИ удалось немного «завести» представителей русскоязычной общины нападками на харедим. Конечно, демонстрации получаются жиденькие, народу мало. Израильтяне, в том числе репатрианты, в политике разбираются и знают, что на лошадке «антиклерикализма» далеко не ускакать.
 
Но кое-кто из «русских» заводится очень сильно. Читаю в ФБ их злобные призывы: «Хватит кормить этих дармоедов!»; «Кому нужны эти дикари в современной стране? Не хотят жить, как все? Гнать их отсюда!»; «До чего противно стоять рядом в магазине или в учреждении с этими грязными пейсатыми!»;  «Я трачу последние деньги, чтобы у детей были компьютеры, самые лучшие книги, а  этим достаточно одной замусоленной книги со сказками и небылицами!»

Честно скажу: становится страшно. Думаю, на этой земле еще не слыхали ничего подобного.
У меня, светского человека, есть критические мысли об ультраортодоксах. Мне жаль, что самые талантливые из них не приносят стране Нобелевских премий, что самые фанатичные из них невоздержанны на язык и иногда ведут себя по-хулигански. Но я признаю, что мое видение мира может быть не самым адекватным и мудрым. Я понимаю, что и я, и они – евреи в нашем еврейском государстве.
 
Мой отец, подростком ушедший из местечка, из религиозной среды, не соблюдавший заповедей и кашрута, великолепно знал ТАНАХ, еврейскую историю, и нам, его детям, кое-что перепало от его познаний.
 
Когда я читаю пышущие ненавистью посты в ФБ, мне совершенно ясно, что авторы этой писанины ненавидят не харедим, а вообще евреев и еврейскую страну, в которую их забросила проклятая судьба.
 
Очень жаль, что такие отбросы завозят в Израиль Сохнут и Натив. Очень жаль, что на такое быдло делает ставку наша «русская» партия.     

четверг, 4 января 2018 г.

Хроника еще не доказанного преступления

Cегодня утром слушал по 12-му каналу, как комментатор по криминальным делам Гай Пелег расписывает уголовные нарушения Давида Битана. Трудно сказать, что больше поражало: осведомленность журналиста или его категоричный, обвинительный тон. Ведь речь идет о только начавшемся расследовании! Почему кабинеты полиции превращаются в проходной двор? В Израиле уже отменена тайна следствия?

 
 













Меня трудно заподозрить в симпатиях к депутату кнессета Давиду Битану. Скажу честно, меня «смущают» и его отказ от сотрудничества со следствием, и поспешный уход с важного поста председателя парламентской фракции Ликуда в Ликуде. Но эти его шаги вполне легитимны, а в нашей стране признается презумпция невиновности.
 
Тем не менее Гай Пелег в утреннем выпуске новостей рассказывал о всех подробностях следствия: о «схеме», по которой действовали в Ришон ле-Ционе взяточники-подрядчики, о том, какие суммы и от кого получил бывший заместитель мэра Давид Битан. Сообщил и о том, что уже несколько подозреваемых согласны выступить в роли государственных свидетелей, но ввиду тяжести преступлений даже это не освободит их от отсидки в тюрьме…
 
Наверное, я чего-то не понимаю. Да, существует такая профессия – уголовный репортер. Но есть и такая должность – пресс-секретарь полиции, который в самых общих чертах (!) информирует СМИ о ведущихся расследованиях, сохраняя предельную сдержанность. Он не имеет права рассказывать больше, потому что это нарушение тайны следствия - одного из базовых принципов демократии! Почему же по поводу Давида Битана пресс-служба полиции молчит, а отдельным журналистам вроде Гая Пелега до формулирования выводов следствия доверяются самые пикантные подробности еще не переданного в суд дела и разрешается оглашать их? Почему это не вызывает ни скандалов, ни протестов в кнессете, ни увольнений безответственных болтунов из рядов полиции?
 

У меня вызвало негативное отношение недавнее принятие закона, запрещающего публикацию рекомендаций полиции после завершения расследования. Я считал, что когда фигурантом дела оказывается известный политик, общественность вправе знать, в чем он обвиняется и какие нарушения закона будет рассматривать суд. Но не совсем понятно, в чем смысл этого закона, если задолго до заключения полиции все подробности дела выбалтываются журналистам, а на хвостах этих сорок информация разносится по всем СМИ!
 
Хуже всего то, что журналисты, в частности Гай Пелег, позволяют себе говорить о подозрениях прокурорским тоном, как будто это уже доказанные факты нарушения закона.
 

Подозрения совсем не обязательно переходят в обвинительные приговоры. Мы помним, как полиция закрывала «за отсутствием состава преступления» многочисленные дела экс-премьера Эхуда Ольмерта, хотя речь шла о таких «невинных шалостях», как финансовые операции с дорогими апартаментами, в которых участвовали богатые друзья политика и подрядчики, или попытка продажи израильского банка - без конкурса - личному другу тогдашнего министра финансов Ольмерта. Кстати, расследования и судебные процессы по делам Ольмерта Гай Пелег комментировал гораздо более сочувственно…
 
Пока далеко до завершения дела Давида Битана. Но уже названы вслух имена «соучастников». О репутации депутата и говорить нечего, но запятнаны многие люди, о степени виновности которых еще нет окончательного заключения. Вот почему нельзя нарушать тайну следствия!
 

К сожалению, приходится в очередной раз констатировать, что «разговорчивость» полицейских чинов и «градус» разоблачительного пыла наших СМИ зависят от партийной принадлежности попавших под следствие политиков. Дело ветерана Рабочей партии Биньямина Бен-Элиэзера, обвиненного в получении взяток, очень напоминало нынешнее дело Давида Битана. Но в СМИ попадали самые скудные сведения о расследовании против Фуада. Ему «посчастливилось» умереть до вселения в тюремную камеру. Хотя на всех постах, которые занимал Бен-Элиэзер, он давал повод для подозрений в подозрительных делишках, на прощальной церемонии товарищи по партии говорили о его огромных заслугах перед страной – и эти похвалы были растиражированы в СМИ…
 
Когда спикер кнессета Далия Ицик, перебежавшая в Кадиму из родной Аводы, была уличена в том, что за счет израильского парламента не только покупала элегантную одежду (чтобы достойно представлять Государство Израиль на встречах с иностранными коллегами), но также обставила весь свой дом дорогой аппаратурой и передовой кухонной техникой (это не бутылки и несколько «слишком дорогих» обедов Сары Нетаниягу), в газетах промелькнуло несколько маленьких заметок, никто не возбуждал уголовных дел. Далия Ицик вроде бы внесла в кассу кнессета какие-то суммы, а потом тихо слиняла из политики…

Сегодня политическая ангажированность СМИ – это уже не просто повод для морализирования, поскольку истерия, раздуваемая вокруг «дел» политиков правого толка, переходит в опасное подстрекательство.
 
Каждую субботу, как на дежурство, группа противников правительства выходит в Тель-Авиве на демонстрации протеста против коррупции. Среди их участников есть и наивный молодняк, который не задумывается: почему протестуют якобы против коррупции, но плакаты требуют ухода в отставку именно Нетаниягу и Битана? Ведь расследования по их делам еще не завершены! А перед этим были шумные бесчинства у дома юридического советника правительства в Петах-Тикве – их участники требовали (!), чтобы Мандельблит немедленно ускорил расследование против семьи Нетаниягу.
 
Так не борются за чистоту власти и за демократию. Ничего более антидемократического быть не может! Это наглое давление на полицию и суд!
 
У тех, кто стоит за этими демонстрациями, иссякает терпение: хочется поскорее сменить «реакционное» правительство. Они знают, что на выборах, как обычно, не смогут предложить обществу никакой программы. Да и насчет коррупции далеко не безгрешны. Но то, что они сейчас творят, это даже не подстрекательство и шантаж. Это попытки путча!  Такими методами эти манипуляторы пытались сменить власть в 2011 году, организовав шумное (и дорогостоящее!)  «движение за социальную справедливость». Кое-кто из лидеров того движения потом попал в кнессет. Много они сделали для торжества социальной справедливости?
 
Если кто-то из политиков, чьи дела расследует полиция, оказывается виновным, то никакой жалости, снисхождения к ним быть не может. Но полиция не имеет права снабжать журналистов горами еще не проверенного компромата задолго до завершения расследования. А журналистский корпус не должен превращаться в стаю гончих при бездарных партиях, которые не мыслят прихода к власти без поливания грязью своих противников.