воскресенье, 23 января 2022 г.

Театр бомбоубежищ в эпоху пандемии

Среди самых интересных спектаклей, которые я успел увидеть еще до разгула омикрона, была премьера в театре «Ла Паним» - спектакль «Где-то там, никогда...», поставленный Ариэлем Крыжопольским.


 

«Где-то там, никогда...» - обращение к творчеству Чехова. «Странное» название спектакля многозначно. Во-первых, оно созвучно поэзии чеховского творчества, в котором нет четких выводов, однозначных оценок, а тем более назидательности. Во-вторых, это рекламный ход: потенциальным зрителям предлагается загадка, а разгадать ее можно, только посетив крохотный театр «Ла Паним», весьма уютно разместившийся в бомбоубежище на тель-авивской улице Эцель. (Следует заметить, что это не единственный коллектив, из-за отсутствия помещений для театров играющий в бомбоубежище, - и пока неизвестно о случаях заражения там ковидом! Возможно, минздрав недооценивает значение этих прочных сооружений, а также духовной мобилизации актеров и зрителей для защиты интеллигентных людей от коронавируса!).

В-третьих, название намекает на то, что спектакль Крыжопольского поставлен не по одному конкретному произведению классика. Сначала мы вроде бы узнаем замечательную одноактную комедию «Предложение». Но потом... действие вдруг «перетекает» в сюжеты рассказа «Ниночка» и других новелл, а кроме того - звучат реплики из знаменитых пьес Чехова!       

 

Композиция мастерски составлена Крыжопольским не только с прекрасным знанием творчества Чехова, но и с тонким чувством стиля. Забегая вперед, скажу, что для сценического воплощения этого стиля режиссеру пришлось стать и драматургом, и сценографом, и даже композитором! 

Только очень хорошо зная и чувствуя Чехова, режиссер может понять, что в Израиле уже нельзя ставить его с ученической доскональностью да еще в традициях Станиславского (трактовки которого самого автора при его жизни не приводили в восторг...).

Израильский темперамент людей в зале и на сцене требует от чеховских спектаклей ускорения темпоритма, упрощения психологических коллизий, снижения пафоса. Жителям еврейского государства достаточно постоянного напряжения, в котором они живут, и их ежедневных драм - им трудно улавливать «подводное течение» произведений Чехова и вдохновляться красивыми тирадами его героев о приближающемся лучезарном будущем.

Крыжопольский умело подбирает ключ к восприятию израильского зрителя, начиная свои вариации на чеховские темы с раннего творчества писателя, где доминирует фарс, а не романтизированные драмы. Но незаметно анекдотическая фабула «Предложения» переходит в грустные диалоги героев. Они говорят в пространство и не слышат друг друга. Это та отчужденность людей, атомарное раздробление социума, которые диагностируют и пытаются объяснить современные писатели - через сто с лишним лет после Чехова. Но именно для нас, а не для современников классика, проваливших премьеру «Чайки» и не считавших ее автора особо серьезным писателем, творил Антон Павлович.

 

У создателя театра «Ла Паним» хватает вкуса, чтобы не «осовременивать» классику джинсами со свитерами, молодежным сленгом или «оживлять» ее игривыми сценками - как это делают некоторые режиссеры из-за неумения читать. У Крыжопольского актеры одеты, как положено было одеваться в конце XIX века, но костюмы тоже «играют» благодаря своей шаржированности и экспрессивности. А резкая смена интонаций в ходе спектакля не только передается меняющейся манерой игры Ариэля Крыжопольского и его талантливых партнеров Авишаг Кахалани и Сандро Зильдмана, но и акцентируется музыкальным сопровождением. Звучат возвышенные мелодии из опер Доницетти - и тут же чеховский персонаж поет (на иврите) под гитару: «Ваше благородие, госпожа удача»! Такое сочетание может показаться ненатуральным и чужеродным, но его одобрил бы такой мастер контрастов и парадоксов как Чехов. Ведь и оперы Доницетти, и песня Окуджавы-Шварца - о высоких драмах, о непредсказуемости судьбы человека...

«Где-то там, никогда...» - это очень тонкая, изысканная театральная работа. Можно бы посетовать на то, что нынешнее помещение театра «Ла Паним» не позволяет большому количеству зрителей оценить режиссерские находки и отличную актерскую игру. Но Чехов давно стал автором для избранных. И разве не радует настоящего театрального гурмана его причастность к этому элитарному кругу, когда он спускается в бомбоубежище, чтобы забыть о суетном мире наверху и погрузиться в глубины когда-то вымышленных, но столь близких человечеческих душ!..   

Сцены из спектакля

Фото Оксанны Корогодиной



 



     



 

 

Комментариев нет :

Отправить комментарий