пятница, 8 мая 2015 г.

Правительство индивидуальных интересов

Вот мы его и получили. Состав нового правительства не вызывает ликования в Ликуде. Больше радости – со злорадным оттенком - в стане оппозиции: и левые партии, и затрудняющийся с самоидентификацией НДИ предрекают пестрой команде Нетаниягу скорый развал. Но насчет этого прогноза скромно помалкивают богобоязненные союзники премьер-министра. Они стосковались по кормушке и, без сомнения, будут цементом коалиции.
Контуры коалиции стали ясны в ночь после выборов. Одержавший победу Ликуд мог обеспечить себе парламентское большинство, только заключив союз с правыми партиями, ульраортодоксами и с кем-то из «центристов». Было понятно, что лидер Еш атид после травматического пребывания в правительстве с Нетаниягу не захочет продлевать это сотрудничество, а Кахлон войдет в коалицию без колебаний. С ШАСом и Яадут ха-Тора у Биби контакт лучше, чем с фракцией Ликуда! А уж отлученный на четверть века от министерских постов Дери теперь готов возглавить любое правительственное учреждение.

У Беннета и Либермана напряженные отношения с премьер-министром, но кто из политиков может похвастать нежной дружбой с Нетаниягу? Все считали, что Еврейский дом и НДИ, поторговавшись, войдут в правительство и у Биби окажется 67 мандатов. Однако именно эти партии преподнесли конструктору коалиции главные неприятности.

Первый удар нанес без пяти минут главе правительства Либерман. Он объявил, что НДИ не присоединится к коалиции! Чем объяснить это решение?

Пируэт Либермана: принципиальность или безысходность? Факты и ничего кроме фактов!

Либерман без вариаций изложил причины ухода в оппозицию в многочисленных интервью, с которыми выступил на всех телеканалах. По его словам, ему важны не кресла, а принципы, которых он не видит в новой коалиции.

Либерман заявил, что прежнее правительство работало над законами о национальном характере государства, а новый кабинет – это оппортунисты, лишенные сионистского духа.

Вписанный в коалиционные соглашения пункт о возможности дальнейшего расширения коалиции Либерман трактовал однозначно как намерение Нетаниягу включить в правительство Сионистский лагерь.

Как объявил Либерман, он не может согласиться с очередным увеличением количества министров и отменой принятых в прежней каденции антирелигиозных законов.

Всю эту «аргументацию» трудно принять всерьез – особенно если считать «сионистской альтернативой» идеи Либермана. Непонятно, как его требование смертной казни для террористов согласуется с его проектом решения палестинской проблемы в рамках мирных переговоров Израиля с «умеренными арабскими государствами». Да после принятия такого закона с Израилем не будут говорить ни лидеры автономии, ни «умеренные» арабские правители (к последней категории, видимо, относятся те, кто велит побивать каменьями женщин за прелюбодеяние и вешать на площадях гомосексуалистов)!

Хорошее предложение – свергнуть власть ХАМАСа в Газе. Правда, есть две загвоздки: чтобы уничтожить ХАМАС, надо истребить преданное ему население сектора – но даже если Израилю достанет жестокости для этого, то кем он заменит ХАМАС?

Либерман давно возбуждает избирателей призывом давать израильские паспорта только после клятвы о лояльности еврейскому государству. Теоретически красиво, но практически придется лишить гражданства уже имеющих его израильских арабов. Кроме них надо будет исключить из числа граждан Израиля еврейских ультраортодоксов.

Осуждать любовь к креслам Либерману не совсем прилично: когда его партия получала по пять мест в правительстве, он не возражал. Да и сейчас начал переговоры с Нетаниягу с главного условия – назначить его министром обороны. Просил и министерство абсорбции. В прежнем правительстве у НДИ было пять министров при 12 депутатах - это "нормативы" для создания правительства из тридцати с лишним министров!

Простейшие факты обнажают наигранность ужаса, который Либерману якобы внушает правительство с Аводой, и понять цену его антиклерикальных филиппик. Он не видел ни моральных, ни идеологических препятствий для того, чтобы сидеть с министрами от Аводы в правительствах Шарона и Ольмерта. И в этих правительствах, и во втором правительстве Нетаниягу Либерман прекрасно уживался также с ультраортодоксами. В ходе последних муниципальных выборов в Иерусалиме он объединил усилия (и партийные средства) с Дери, чтобы протолкнуть в мэры вместо светского - и правого! - Нира Барката ортодоксального Моше Леона.

Почему-то ни в одном выступлении на израильских телеканалах Либерман не упоминал о том, что его «принципиальные требования» включали целую программу мер по улучшению положения новых репатриантов: обеспечение их пенсиями, выдача машканты в 90% от стоимости квартиры, введение нулевого НДС на основные продукты питания, бесплатные ясли и детские сады. Этот перечень фигурировал только в пресс-релизах НДИ, рассылавшихся в русскоязычные СМИ. Перед израильтянами Либерман не позорил себя такой футурологией, поскольку, чтобы сказку сделать былью, не хватит госбюджета.

«Русским» эту программу НДИ посулил перед мартовскими выборами. Электорат резонно поинтересовался: НДИ вошел в кнессет в 1999 году - почему 16 лет он не решал главных проблем алии? За это время ульраортодоксы построили целые города (!) для своих избирателей, не раз добивались повышения их пособий, увеличивали финансирование религиозных учебных заведений. Но за 16 лет не сократилась 50-тысячная очередь стариков-репатриантов на социальное жилье. С незапамятных времен несколько раз в год министерство абсорбции сообщает, что уже достигнута принципиальная договоренность о выплате украинских пенсий выходцам из этой республики...

Главные победы, о которых периодически возвещал НДИ, - это сохранение бюджета радиостанции РЭКА и финансирования программы КАМЕА. «Достижения» состояли в том, что партия постоянно упускала из-под контроля эти вопросы, а потом добивалась возвращения прежних позиций.

Стратегические проблемы интеграции алии: жилье, трудоустройство, социальное обеспечение, поддержка общинной культуры – НДИ не пытался решать. Поэтому партия получала все меньше мандатов. На этих выборах уже не было гарантии преодоления ею электорального барьера. Шесть мандатов – отличный результат при сегодняшнем уровне доверия избирателей.

Нельзя ни хвалить, ни критиковать Либермана за уход в оппозицию. Оценки бессмысленны, когда НДИ уже не влияет на ситуацию. В шахматах есть такое понятие – цугцванг: любой ход ведет к ухудшению позиции. Чтобы не попадать в безвыходное положение, надо думать... заранее!

Сегодня задача НДИ – любой ценой повернуть к себе избирателей. Партия была бы самой маленькой в право-религиозной коалиции. Руководители МИДа и министерства абсорбции не могут решать серьезных социально-экономических проблем. В начинающейся каденции деловые министры из Еврейского дома и Кулану, не говоря о рвущихся к «работе» ультраортодоксах, полностью заслонили бы фракцию НДИ. А в оппозиции можно обличать правительство во всех грехах и привлекать к себе внимание публики. Конечно, сомнительный шанс – но что еще остается?..

Не числом, так принципиальностью

Беннет может нравиться или не нравиться, но никто не сомневается в том, что в политике он руководствуется сионистскими принципами. Перед выборами он не темнил, как Кахлон и Либерман, не решившиеся встать на митинге правых рядом с лидером Ликуда из-за надежды сохранить в дальнейшем оперативный простор для коалиционных комбинаций. Поэтому в затянувшихся переговорах Беннета с Нетаниягу все видели не вымогательство, а намерение работать в правительстве, в котором его партия сможет приносить реальную пользу стране.

Возможности Еврейского дома при восьми мандатах ограниченны. Беннет сумел настоять на получении его фракцией портфелей министра образования и министра юстиции. В стане левых вопли: почему доверили минюст Шакед! А почему они не вопили, когда этим ведомством руководил Бейлин, специалист по истории Рабочей партии?

И воспитание молодого поколения, и законотворчество крайне важны для сохранения еврейского характера государства, но обе эти области страдают от сохранившегося засилья левых. Как показывают события последних лет – от попыток оправдания Ольмерта до «дела адвоката Фишера» - политизированные прокуратура и суд насквозь прогнили. Такие волевые политики как Беннет и Шакед смогут проводить в своих министерствах принципиальную линию.

«Откат» в переводе на иврит

Как оценить новое правительство? Была ли у Нетаниягу возможность заключить союз с другими партиями?

Если бы никому не удалось сформировать коалицию и были назначены новые выборы, возглавляемый Нетаниягу Ликуд ждал бы провал. Избиратели не простили бы ему отказа от важнейших демократических реформ, начавшихся в прошлой каденции.

Люди, почему-то связывающие еврейскую духовную традицию с политическими структурами хапуг и шантажистов, напомнят, что ультраортодоксы почти всегда входили в израильские правительства. Увы, входили, и еврейское государство дорого расплачивалось за это! 

«Благодаря» ультраортодоксальным партиям доступное жилье в Израиле с начала 1990-х строится только для их электората. В то время как надбавка к зарплатам на подорожание давно отменена, государственная поддержка харедим неуклонно усиливается. Социальная несправедливость усугубляется тем, что угрожающе растет численность еврейских детей, не получающих нормального школьного образования. Нетаниягу, позиционирующий себя как современного политика-технократа и возглавлявший в последние два десятилетия большинство правых правительств, всегда спешил зазывать в них ультраортодоксов. Он хороший теоретик и умеет красиво говорить об интересах Израиля, но, когда оказывается перед выбором: перспективы еврейского государства или торможение его развития ради удержания личной власти – побеждает соблазн...

После выборов в кнессет 2013 года слаженными усилиями Еш атид и Еврейского дома удалось не допустить ШАС и Яадут ха-Тора в правительство и принять ряд законов, позволяющих представителям ультраортодоксального сектора стать полноценными гражданами. Члены правительства заговорили о картелизации, о сокращении разрыва между самыми бедными и самыми богатыми. Это были только первые шаги на пути к укреплению единства народа. Отказ Нетаниягу от уже намеченного пути воспринимается большинством израильтян как циничное игнорирование общественного мнения. Отсидевший в тюрьме Дери становится министром экономики! Его товарищ по партии станет заместителем министра образования, а финансовую комиссию кнессета, позволяющую перекрыть любые проекты, опять отдают на откуп Яадут ха-Тора. (Кстати, не надо все бочки катить на харедим. Кахлон получил портфель министра строительства для Галанта, который не стал начальником Генерального штаба из-за того, что при строительстве собственного дома прирезал к нему общественные земли!). Это наше светлое будущее...

Мог ли Нетаниягу, не поступаясь сионистскими принципами, создать другое правительство? Наверняка. Но для этого следовало действовать иначе и обладать... другим характером.

Можно было не начинать со щедрых предложений ультраортодоксам и с обещания отменить закон о равном распределении гражданских обязанностей. Харедим больше нуждаются в правительстве, чем оно в них! Не надо отстранять их от участия во власти, но кандидат в премьер-министры должен твердо объяснить им, что система образования, социальное обеспечение, строительная политика служат всему обществу, а не отдельному сектору, что религиозные и светские граждане живут в XXI веке. Если каким-то партиям это не нравится – могут возвращаться в средневековье.

Как заметил один комментатор, после подписания соглашения с Беннетом лицо Нетаниягу было похоже на тарелку с кислыми приправами. Если бы отношения председателя Ликуда с другими политическими лидерами не зависели от его личной симпатии или неприязни, он не восстанавливал бы против себя Лапида, который теперь мог бы войти в новое правительство. Неужели Лапид хуже Дери? Ликуд (30 мандатов), Еш атид (11), Кулану (10), Еврейский дом (8) и НДИ (6) или Яадут ха-Тора (6) – без привлечения Сионистского лагеря получалась бы вполне дееспособная коалиция.

Долго ли продержится новое правительство?

Опираться на коалицию из 61 депутата опасно. Достаточно эпидемии гриппа, чтобы выбыли из строя несколько членов коалиции и она не смогла утвердить нужные ей решения. Самая маленькая фракция способна шантажировать премьер-министра уходом в оппозицию.

Ссылки на прецеденты благополучного функционирования израильских правительств, располагавших 61 мандатом, некорректны. В былые времена ведущие партии получали более 40 мандатов и в меньшей степени зависели от союзников. К тому же это было до мирного процесса, который накалил политические страсти.

Нетаниягу планомерно выдавливал из Ликуда слишком самостоятельных деятелей – Кахлона, Саара, Фейглина. Внутрипартийные противоречия наверняка обострятся уже на следующей неделе при распределении портфелей, которые достанутся самм послушным.

Премьер-министр может расчитывать на единство Ликуда только до попыток достичь соглашения с Палестинской автономией. Большинство членов фракции правей лидера. Нетаниягу не теряет надежды на расширение коалиции за счет левых. Выдвинувшаяся в Аводе крикливая молодежь не позволит Герцогу и Ливни присоединиться к правительству. Но не скрывает своего недовольства превращением Ливни в ее начальницу экс-председатель Аводы Шели Ехимович. Почему бы не сколотить компанию утративших влияние ветеранов партии и не разыграть «сценарий Эхуда Барака»?

Развал Кадимы убеждает в том, что Нетаниягу умеет разрушать изнутри мешающие ему партии. Если искать возможности расширения его коалиции, то нельзя исключить «идейных шатаний» в НДИ, откуда перед выборами уже ушли многие авторитетные политики. Довольна ли перемещением в оппозицию Орли Леви-Абукасис, поглядывающая на возносящихся Аелет Шакед и Мири Регев? В НДИ есть депутаты, ради перехода к Либерману легко изменявшие своим партиям.

Надо понимать, что и левый лагерь предпримет попытки переманить на свою сторону кого-то из коалиции. В качестве потенциального ренегата откровенно называется амбивалентный Кахлон.

Нетаниягу рассчитывает на свое искусство маневрирования и интриги. В процессе торга о должностях он учел будущие противоречия между «партнерами», которые позволят ему легче управлять коалицией, предотвратить чрезмерное усиление отдельных фигур и отвести от себя часть упреков в потакании ультраортодоксам. Кахлон, как и требовал, получил минфин, минстрой и Управление МВД по планированию и строительству. Но его грандиозные планы удешевления жилья для светских израильтян будут контролироваться ультраортодоксами в финансовой комиссий кнессета и «главным экономистом» Дери. Отменить законы, не нравящиеся харедим, будет непросто из-за «железной» Шакед. Ее категоричность «уравновесит» либеральный Кахлон. Глава Еврейского дома – сторонник сионистского воспитания и усиления преподавания точных наук. Решать эти задачи и обделить ультраортодоксальные учебные заведения Беннету помешает заместитель министра образования из ШАСа.

Независимо от того, преуспеет Нетаниягу в своих хитростях или потерпит фиаско, это не то направление деятельности премьер-министра, которое требуется стране. Хочется верить, что это правительство долго не продержится. Последние выборы многому научили израильтян, и в следующий раз они поддержат те партии и тех лидеров, на которых можно положиться. А партиям придется произвести «хешбон нефеш» еще перед праймериз.

Комментариев нет :

Отправить комментарий