суббота, 11 января 2014 г.

Бедуин, кочующий в тумане

Поездка журналистов по бедуинским поселкам, организованная «Нашим наследием», была небесполезной, ибо предоставила немало материала для размышлений.



Когда едешь по Негеву, всегда видишь пасущихся по обе стороны шоссе коз и верблюдов, а чуть подальше - жалкие бедуинские развалюхи. Израильтяне, спешащие в более привлекательные для времяпрепровождения места, не останавливаются, чтобы заглянуть к кочевникам пустыни. Такую возможность получила группа русскоязычных журналистов благодаря организации «Наше наследие».

Конечно, эта инициатива не была случайной. Недавно был опубликован «закон Правера», цель которого – поставить под контроль государства незаконное строительство в Негеве и переселить часть бедуинов в места более плотного проживания. Бедуины провели бурные демонстрации протеста. Как обычно, правительство Нетаниягу сразу приостановило утверждение намеченной программы. Если готовил ее бывший министр Бени Бегин (Ликуд), то теперь доработать «закон Правера» поручено министру сельского хозяйства Яиру Шамиру (Ликуд бейтену).

Организация «Наше наследие», отстаивающая права нацменьшинств, пригласила журналистов, чтобы продемонстрировать трагизм ситуации, в которой находятся бедуины. Мы получили возможность посетить две бедуинские деревни из категории «непризнанных» и одну «легитимную». Перед нами выступали представители 200-тысячной бедуинской общины, которые приводили немало фактов, цифр. Беседы с ними дополняли сопровождавшие нас ребята из израильско-арабского форума «Ду-киюм ба-Негев» («Сосуществование в Негеве»). Из услышанного и увиденного каждый участник поездки волен делать свои выводы.

Вид «непризнанных» деревень ужасен. Собственно, деревни в привычном нам понимании тут нет. Стоят полтора-два десятка строений: одни сравнительно приличные, другие – времянки из досок, жести, шифера, брезента. За ветхой оградой загона грустят ослики. На заборе сушится белье. Детишки в январе бегают босиком, но у некоторых домиков припаркованы автомобили. А на виднеющихся вдалеке холмах – такие же скопления хибар. Как нам объяснили, в каждом таком «жилмассиве» размещается одна бедуинская семья, а вместе они составляют деревню, население которой - несколько тысяч человек.

Исторический, демографический, юридический аспекты нынешней конфликтной ситуации бедуинские лидеры излагают так. Бедуины жили в Негеве с незапамятных времен. В 1948 году многие из них стали гражданами Израиля. В отличие от израильских арабов, бедуины служат в армии на добровольной основе. В 1967 году, после Шестидневной войны, в Негеве начал наводить порядок ЦАХАЛ. Часть бедуинов бежала из этих мест, часть была переселена. В 1970-е годы израильские власти решили определить юридический статус земель бедуинов, и им разрешили подавать судебные иски о признании прав на участки, где они проживали. Этот процесс затянулся на неопределенное время. В тот же период государство попыталось переселять бедуинов в современные поселки, но нужды, традиции этих людей не были учтены, из-за чего мало кто согласился там жить. Сегодня Израиль хочет резко сократить ареал бедуинов: они занимают 3,5% площади Негева, претендуют же более чем на 5%, а им хотят оставить 1%. После принятия «закона Правера» больше не будут рассматриваться иски об утверждении прав бедуинов на земельную собственность. Поэтому они категорически возражают против насильственного переселения.


Ясно, что государство запутало вопрос о бедуинской собственности в Негеве. Многие земли в свое время были выкуплены у бедуинов, но участки, оставшиеся у них, зачастую не признаются властями. Это нелогично: если они не собственники, то как можно было покупать у них землю? Не очень умно и то, что часть земель, где де-факто проживают бедуины, государство объявляет сельскохозяйственной территорией, на которой запрещено строительство.

Ситуация в Негеве напряженная. Уже после нашей поездки состоялась акция протеста в Беэр-Шеве.

Справедливое урегулирование конфликта требует учета интересов обеих сторон. Уже поэтому нельзя воспринимать не критически то, что нам рассказывали!

Уплотнение бедуинских населенных пунктов неизбежно. Стратегия развития Негева не позволяет сохранять деревни, разбросанные на многие километры и не имеющие четко определенной площади. Сами бедуины жаловались нам на игнорирование их медицинскими учреждениями, на отсутствие воды и электричества. Но как врачам прибыть по вызову, если у пациентов нет конкретного адреса? Почему государство должно тратить огромные деньги, чтобы проводить коммуникации к отдаленным ответвлениям деревень? Детей трудно доставить в школы, а без нормального образования они не смогут работать на высокотехнологичных предприятиях, которые строятся на Юге.

Бросалось в глаза, что бедуины неохотно отвечают на вопросы, связанные с правами на их земельные угодья, с составом их семей и соответственно социальными пособиями на жен (которых бывает несколько) и детей. Создается впечатление, что лидерам бедуинских общин выгодно такое положение, когда жители разодранных на клочки поселений не поддаются регистрации и могут качать права у социальных служб, но не выполнять многих своих обязанностей. Кто-то из журналистов высказался более резко: «А почему мы почти не видим здесь местных жителей? Да и можно ли жить в этих конурах? Может, перед нами своеобразные «потемкинские деревни», мистификация, цель которой – оправдать претензии на большие территории?» Даже если это нелепое подозрение, оно подкрепилось тем фактом, что несмотря на обещание организаторов поездки разрешить журналистам посещение бедуинских жилищ нас туда не заводили. Нам объяснили, что мы с опозданием выехали из Тель-Авива, а график посещения бедуинских деревень различными группами очень напряженный. Да, график пропагандистских мероприятий плотный. Но, во-первых, организаторы много раз предупреждали всех, чтобы они непременно пришли к девяти утра, и опоздали не журналисты, а автобус. Во-вторых, это не объяснение! Если уж приглашаете журналистов, то они должны иметь возможность увидеть реальную жизнь бедуинов, а не только выступления нескольких красноречивых бедуинских деятелей.

Если анализировать проблемы бедуинов без популизма и наигранных сантиментов, то невозможно умалчивать о масштабах преступности в этой среде. Бедуины занимаются переправкой в Израиль нелегальных рабочих и проституток из-за границы. Известно, какой урон они наносят израильским фермерам, воруя у них скот. Все эти криминальные занятия облегчает то, что за жителями «непризнанных» деревень невозможно уследить.

Нам расказывали, что бедуинам приходится самим проводить в свои деревни воду и электричество, а это обходится очень дорого. Но ведь массовый характер носит «бесплатный» отвод коммуникаций!

Одна из претензий бедуинов: почему у них мало легально избранных органов местного самоуправления и почему правительство, разрабатывая план Правера, не выслушало представителей их общины? Но как проводить выборы, если избиратели не зарегистрированы? И кто гарантирует, что на переговоры с правительством явятся достойные представители общины, а не главы многочисленных преступных кланов?


Израиль не может позволить, чтобы по его территории перемещались кочевники: перегруппировка бедуинских деревень неизбежна.И это рецепт для решения всех названных проблем. В чем мы убедились, посетив Сегев Шалом, где живут 8 тысяч бедуинов. Этот поселок из новых домов и вилл опровергает миф о том, что бедуины из верности традициям предпочитают жить в лачугах, в грязи. В Сегев Шаломе есть школы, культурные учреждения, спортивные площадки, отделения трех больничных касс.

Конечно, часть бедуинов не заинтересованы в переселении в поселки городского типа, так как хотят заниматься сельским хозяйством. Надо оставить им такую возможность.

В любом случае государство должно что-то делать. Замораживание проблем бедуинов оборачивается их дискриминацией. К сожалению, входящие в правительство партии уже вторую каденцию занимаются популистским состязанием в словесной «крутизне», но неспособны ни к каким решительным действиям. Они жонглируют сионистскими лозунгами, а переговоры с Абу-Мазеном явно продвигаются и мы не знаем – куда. Нам обещают положить конец диктату ультраортодоксов, но жилье строят по-прежнему только для них, финансирование их учебных заведений не уменьшилось, а на вранье о гражданских браках уже никто не реагирует.

Так же правительство ведет себя по отношению к бедуинам. Высказывания о них министров иногда отдают расизмом и подстрекательством: получается, что бедуины только угрожают стране и вредят ей, из-за чего против них надо «принять меры».

Криминальные тенденции в бедуинской общине следует – в интересах самих бедуинов – беспощадно пресекать. Но тут власть действует просто трусливо. Необходимо провести с бедуинами разъяснительную работу, попытаться убедить их в том, что они выиграют от переезда в более комфортные деревни. Пора решить вопрос о бедуинской собственности – ведь палестинскую наше государство защищает страстно и смело!

В отличие от террористов, от нелегальных гастарбайтеров, от просачивающихся на нашу территорию африканских орд, бедуины кровно связаны с этой землей. Они хотят нормально жить в еврейском государстве, они не угрожают ему демографически. Бедуины служат в армии, готовы учиться и работать. Нельзя идти на поводу у неконструктивных требований их самозванных лидеров. Но накопившиеся проблемы пора решить честно и справедливо.

Фотографии Давида Эйдельмана

Комментариев нет :

Отправить комментарий